Эколог урбанист это: описание профессии, зарплата, какие предметы нужны для поступления в вуз и где учиться

Содержание

Кто такой урбанист-эколог? Чем занимается урбанист-эколог на работе? Рассказываем подробнее о профессии ‒ #100по100

Зачем нужен этот специалист:

Мегаполисы развиваются все сильнее и сильнее. Задача урбаниста-эколога состоит в том, что он должен внедрить экологические биотехнологии и организовать всё таким образом, чтобы большие города стали самостоятельными: не брали у природы взаймы, а существовали за счёт выработки собственных ресурсов, использовали альтернативные источники энергии и производили как можно меньше отходов. Такой специалист нужен для гармоничного существования природы и развитых мегаполисов.

Почему возникла эта профессия:

Эта профессия возникла из-за того, что мегаполисам стала просто необходима перестройка, то есть существование города самостоятельно от природных ресурсом. Тут пришли на помощь урбанисты-экологи – благодаря им в будущем будут активно строиться новые города, безопасные для окружающей среды.

Когда появилась эта профессия:

Эта профессия востребована уже сейчас – высокотехнологичные «зелёные города» проектируют и начинают строить в Китае, Малайзии, Арабских Эмиратах, Индии, Южной Корее и некоторых странах Европы. В России профессия должна появиться в ближайшее время.

Кто может стать этим специалистом:

Эта профессия подходит тем людям, которые хорошо умеют доносить свои мысли до большого количества людей, стремятся сделать жизнь людей и мир вокруг себя лучше. Также немаловажно базовое образование.

Что делает этот специалист:

Урбанист-эколог – это проектировщик новых городов на основе экологических биотехнологий. Такой специалист проводит предпроектные исследования: собирает мнения жителей о вариантах развития территории их проживания, детально знакомится с инфраструктурой района, создаёт графический дизайн-макеты с наглядной демонстрацией будущей городской среды, занимается анализом и поиском решений экологических проблем современных городов, следит за появлением новых технологий «зелёного» строительства, изучает научные работы зарубежных исследователей.

Какие навыки и умения необходимы:

Необходимо знания в областях строительства, энергетики и экологии. Нужно быть хорошим оратором, ведь всегда приходится вести переговоры с представителями администраций, инвесторами и обычными гражданами. Специалист должен обладать такими качествами, как инициативность, амбициозность, целеустремленность, умение анализировать и оценивать риски.

Где можно получить базовое образование:

ВУЗы, в которых можно получить профессию урбаниста-эколога: Санкт-Петербургский государственный университет промышленных технологий и дизайна, Южно-Уральский государственный университет, Калмыцкий государственный университет имени Б. Б. Городовикова, МГУ имени М. В. Ломоносова, СПбГУ, Российский университет дружбы народов, Московский государственный педагогический университет, Московский государственный институт международных отношений (Университет) МИД России, Тюменский государственный университет.

Урбанист-эколог КТО ОН И ЧЕМ ЗАНИМАЕТСЯ Работу выполнил

Урбанист-эколог КТО ОН И ЧЕМ ЗАНИМАЕТСЯ? Работу выполнил ученик 7 -Г класса МБОУ «СОШ № 24» г. Симферополя Чернявский Александр Олегович Учитель: Григорьянц Амалия Альбертовна

УРБАНИСТ-ЭКОЛОГ Согласно Атласу новых профессий, разработанному специалистами Сколково, урбанист-эколог -это проектировщик новых городов на основе экологических биотехнологий; специализируется в областях строительства, энергетики и контроля загрязнения среды.

Надпрофессиональными навыками этой профессии, по мнению ученых, являются: Системное мышление Межотраслевая коммуникация Бережливое производство Мультиязычность и мультикультурность Программирование Работа с людьми Экологическое мышление

Специалисты прогнозируют появление этой профессии до 2020 г.

Наука, специалистами в которой являются урбанисты-экологи, называется урбоэкология Урбоэкология — наука о взаимосвязи и взаимодействии во времени и пространстве двух систем — городской (её социальной, технической, энергетической, информационной, административной подсистем) и естественной, а также о ноосферном управлении экосистемой. Урбанисты-экологи опираются на экологический подход, который гласит, что город является сложным организмом в системе связей между элементами, которые его образуют, и «внешним» социальной и природной средой.

Где учиться? Хотите стать урбанистом-экологом? Вот список ВУЗов , готовящих подобных специалистов.

Московский государственный университет

Томский политехнический университет

Санкт-Петербургский государственный университет

Северный (Арктический) федеральный университет (Архангельск)

Удмуртский государственный университет (Ижевск)

Дальневосточный государственный технический рыбохозяйственный университет(Владивосток)

Российский государственный аграрный университет (Москва)

Попробуем разобрать, что же значат обе части названия нашей профессии:

Урбанист (от латинского urbanus – городской) — это специалист по городскому планированию, умеющий сделать городскую среду комфортной для проживания .

Экологи — это те специалисты, которые пытаются объяснить, почему высыхают реки, гибнет рыба или летом выпадает снег. Они изучают состояние воды, земли, воздуха, влияние промышленных отходов на растения, животных и человека.

Я думаю, что в будущем профессия урбаниста-эколога будет очень востребована

Проект в ДОУ «Урбанист-эколог»

Муниципальное казённое дошкольное образовательное учреждение детский сад «Колокольчик»

 

 

 

ПРОЕКТНАЯ РАБОТА 

на конкурс

«Воспитатель года- 2021»

 

Тема проекта:

«Профессия будущего — урбанист – эколог»

Автор проекта: воспитатель Светличная Е.Ю.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Содержание

 Введение……………………………………………………………………..3

Актуальность проекта……………………………………………………….3

Цель проекта…………………………………………………………………4

Задачи проекта………………………………………………………………4

Ожидаемые результаты…………………………………………………….4

Основная часть………………………………………………………………5

1 этап. Подготовительный ………………………………………………….5

2 этап. Выполнение проекта ……………………………………………………5

3 этап. Результаты …………………………………………………………..6

Мероприятия по реализации проекта………………………………………6

Заключение…………………………………………………………………..8

Список использованной литературы и

 интернет ресурсы……………………………………………………………9

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение.

Образовательная область, в рамках которой проводится работа по проекту: познание, коммуникация, социализация, художественно-эстетическое развитие.

Образовательные разделы, близкие к теме проекта: экология, развитие речи, конструирование, изодеятельность, музыка.

Возраст учащихся, на который рассчитан проект: дети 6-7 лет

Форма проекта: исследовательско-продуктивная деятельность.

Гипотеза: Стремительно растущая искусственная среда обитания, созданная человеком, не способна в полной мере служить экологии человека, экологии здоровья и экологии окружающей среды. Мы предполагаем, что на помощь приходит урбанистика — одна из достаточно новых тенденций организации и планирования экологичной городской среды.

Участники: Дети  старшей и подготовительной к школе групп, педагоги, ученики школы, родители.

Актуальность проекта: Профессия «Урбанист-эколог» по данным журнала «Forbes» вошла в топ самых интересных профессий будущего. Рейтинг профессий был составлен на основе «Атласа новых профессий», разработанного бизнес-центром «Сколково». Необходимо отметить, что данная профессия стала одной из пяти профессий, попавших в список, что говорит о ее насущности и своевременности.  Наш современный мир профессий очень многообразен. На каждом этапе развития общества одни профессии утрачивают свою актуальность, появляются новые. Всё это, несомненно, находит отражение в детской игре. Если раньше популярными среди дошкольников были профессии учителя, полицейский, доктор, водитель, то сегодня девочки мечтают стать моделью, певицей, стилистом, мальчики – спортсменом, директором или бизнесменом. В настоящее время из-за ухудшения состояния окружающей среды возникла необходимость в повышении экологической грамотности каждого человека независимо от его возраста и профессии. В связи с этим в стране активно создаётся непрерывная система экологического образования населения.

Эта тема очень актуальна в современном мире. Эколог – это человек, который изучает экологию, защищает природу, что так важно в нашем современном обществе, а урбанист – эколог это проектировщик новых городов на основе экологических биотехнологий. Специализируется в областях строительства, энергетики и контроля загрязнения среды, ландшафтного дизайна. Основное направление профессии – это проектирование новых городов, безопасных для окружающей среды. Специалист данной области обеспечивает моделирование, планирование и создание проектов таких новых городов, физическая среда которых будет функционировать на основе эколого — ориентированных технологий. Эта профессия включает в себя социальные, географические, биологические, технологические, психологические, культурные, нравственные, и духовные аспекты. Урбо (происходит от латинского «город»), но это не «экология города», а скорее наука о нарастающем воздействия на природу со стороны человека и о методах комплексного разрешения проблем крупных городских поселений

Урбоэкология, «зеленые инновации» являются на сегодняшний день ключом к решению насущных проблем, требующих не только заявленного профессионализма от специалистов будущего, но и совершенствования их мировоззрения, личностных качеств и черт характера.
Сохранить равновесие природы и искусственно среды обитания, жить и развиваться без ущерба для планеты – вот, что является важнейшей составляющей экологической политики устойчивого развития.

 

Цель проекта: Формирование представлений о современной профессии «Урбанист -эколог». Развить понимание важности и роли профессии урбаниста- эколога в обществе, в жизни каждого человека и нашего будущего.

Задачи проекта:

Формировать у детей представления о профессии эколог- урбанист.

Рассмотреть профессионально важные качества и компетенции урбаниста-эколога, тенденций развития новых профессий: инженер-эколог, сити-фермер

Проектирование: экологической зоны своего поселка- изготовление макета, макета мульти-дог, и огорода на окне.

Объяснить о необходимости озеленения и благоустройства родного края, об улучшение экологической обстановки;

Развивать речь детей, обогащать словарный запас. Развитие коммуникативных навыков;

Пробуждать любознательность и интерес к деятельности эколога – урбаниста.

Способствовать формированию положительного отношения и уважения к труду эколога;

Принять участие в озеленении территории детского сада.

Создать единое пространство для детей, родителей по благоустройству и озеленению территории детского сада.

Срок реализации проекта: от 3 до 5 месяцев

Ожидаемые результаты:

Сформированность у детей представлений о профессии урбанист — эколог.

Повышения экологической грамотности детей и приобщение их к экологической культуре.

Формирование бережного отношения к строителям, проектировщикам, экологам; потребности в труде на общую пользу, ответственно относится к любой работе;

Перенос детьми знаний о профессиональной деятельности взрослых в самостоятельную игровую деятельность.

Повысить уровень экологической культуры родителей, осознание необходимости постройки «зеленых городов» для здорового будущего детей.

 

 

 

 

 

Основная часть.

1 этап – Подготовительный.

Определение целей и задач проекта, разработка стратегии реализации проекта.

Работа с методическим материалом.

Подготовка информационного пространства (конспектов, бесед по ознакомлению детей с профессиями, консультации для родителей, папки-передвижки, буклеты).

Индивидуальные беседы с детьми о том, кем и где работают их родители.

Подбор дидактического и наглядного материала по теме проекта.

2 этап. Выполнение проекта

Проведение с детьми тематических бесед.

Рассматривание иллюстраций, фотографий по теме.

Разучивание и проведение подвижных и ролевых игр.

Чтение художественной литературы (заучивание) детям.

Выполнение коллективных и индивидуальных работ по ИЗО деятельности с детьми.

Экскурсии и прогулки по парку и поселку.

Оформление папки-передвижки с информацией о профессии будущего «Урбанист- Эколог».

Выращивание рассады овощных и цветочных культур для высадки на участке детского сада, выращивание лука и витаминной зелени для витаминизации блюд в  огороде на окне;

Изготовление макета Мульти-дог;

Изготовление макета экологического парка нашего поселка.

Выпуск буклета о профессии «урбанист-эколог- профессия будущего»

 

 

 

 

 

 

3 этап. Результаты проекта.

Дети: познакомились с новой профессией урбанист-эколог, получили новые знания, проявили творческую активность в процессе выполнения продуктов деятельности.

Родители и школьники:

получили новые знания по теме проекта «профессия будущего»;

-расширили сотрудничество, общение со своими детьми и родителями группы в ходе выполнения различных совместных творческих работ;

— научились создавать рекламные листы и конструированию  из lego.

Мероприятия по реализации проекта:

Беседа «Кто он- урбанист –эколог?»;

Рассматривание иллюстраций на тему «Экологи», «Урбанист- эколог»;

Просмотр видеоролика «Моя зеленая планета»

Беседа: Урбанист-эколог: профессионально-важные качества и компетенции.

Сюжетно ролевая игра «Юные экологи»;

Просмотр призентации построек и городов зарубежных стран по проекту «зеленые города» — Малайзия, Арабские Эмираты, Южная Корея и тд., самых красивых парков и ландшафтных уголков мира

Упражнение на логику: «Какой он- проектировщик», «Кому нужны эти предметы»;

Дидактическая игра «Собери дома»;

ОД «От пещеры до небоскреба-жилище человека древности до наших дней»

Изготовление атрибутов к постройке экопарка

Конструирование движущейся лего-модели «Мульти-дог»

Оформление коллажа из рисунков детей: «Наш город через 100 лет»

Развивающие игра: «Что нужно для проектировщика», «Путешествие по селу»,

Рисование «Моё село в будущем»;

Чтение и заучивание стихотворений о природе;

Просмотр мультфильма «Я Строитель»

Участие совместно с родителями и школьниками в акции по благоустройству территории «Наш зеленый детский сад»

Рисование «Экологические проблемы современных городов»;

Беседа «Зеленые города стран Зарубежья»

Чтение худ. лит-ры : С. Баруздин «Кто построил этот дом»

Уход, полив и рыхление грядок  миниогорода на окне на своём участке;

Дидактические игры: «Мой город»; «Городская мозаика»

Прогулка по селу, рассматривание зданий, новостроек, нахождение общего и разного в архитекторе, рассказ воспитателя об их красоте и своеобразии, показ благоустройства села;

Просмотр мультфильма: «Профессия будущего»

Составление рассказов на темы: «Кем я буду, когда вырасту»;

Конструирование Составление альбома рисунков, выполненных совместно с родителями, «Профессии наших родителей»;

Создание школьниками и родителями рекламных листов «Урбанист -Эколог — профессия будущего»;

Фотовыставка «Красивые здания села».

Аппликация «Город- моей мечты»

Просмотр презентации «Урбанист — эколог»;

Художественное творчество в свободное время по теме проекта «Дострой этот город»

Создание коллективно – творческого макета экопарка.

Форма работы с родителями:

Коллективное конструирование с родителями «Парк экобудущего»

Конкурс рисунков, выполненных совместно с родителями, «Мы за здоровое будущее»;

Создание родителями рекламных листов «Урбанист — Эколог — профессия будущего»;

Консультация для родителей «Цветущий город»

 

 

 

 

 

 

Заключение.

Во время реализации проекта, у детей были получены разнообразные знания по экологии, по экологической безопасности, повысилась значимость экологического и природоохранного воспитания детей, произошло повышение уровня личностного сознания, как у детей, так и у взрослых. Проект позволил нам познакомить детей с одним из актуальных новых профессий – урбанист-эколог, основываясь на выявлении профессиональной важных качеств и компетенций специалиста в данной области.

    Этот проект способствовал не только решению задач экологического образования и воспитания, формированию эмоционально-положительного отношения к окружающему миру, но и задач трудового воспитания, получению навыков конструирования и элементарных инженерных умений. Дети имеют первоначальные знания и понимание того, что в природе все взаимосвязано.  Проект побуждает детей принимать участие в трудовой природоохранительной деятельности. Дети учатся объяснять устанавливать связи и взаимодействия человека с природой, экологические зависимости. Построив модель экологического парка, ребята должны понять, что они размешают инфраструктура так, чтобы не навредить экологии родного края. Построив макет «Мульти- дог», ребята научились понимать важность утилизации мусора вокруг, посадив огород, они  видели как зарождается и развивается растение, узнали как надо за ним ухаживать.

     У ребят появились навыки экологически грамотного и безопасного поведения в повседневной жизни.

     Родители убедились в том, насколько актуальна тема экологического образования детей, для их будущей жизни.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Список использованной литературы и интернет ресурсы

Аргунова, М. В. Экология в мире профессий: методические рекомендации для учителей/М. В. Аргунова, Д. С. Ермаков, Т. А. Плюснина,И. И. Тюхов, М. А. Шахраманьян. – М.: МИОО, 2015г

Атлас новых профессий- Режим доступа: http://atlas100.ru/

Веракса Н. Е., «Проектная деятельность дошкольников/ Н.Е.Веракса, А. Н. Веракса – Мозаика – Синтез, 2014 г

Гид по профессиям — Режим доступа: http://careerguidance.ru/

О профессиях и профессионалах — Режим доступа: http://www.proprof.ru/

Профессии от А до Я http://1001expert.ru/

Профессиональный стандарт специалист по экологической безопасности (в промышленности)- Режим доступа: http://www.enfuture.ru/

Урбанист-эколог в мире новых профессий – Режим доступа: http://www.allbest.ru/

 

ПРОЕКТ на тему «Урбанист-эколог в мире новых профессий»

Муниципальное образовательное учреждение

Мокеевская общеобразовательная школа

ПРОЕКТ на тему «Урбанист-эколог в мире новых профессий»

Работа выполнена

ученицей 10 класса

Серовой Ольгой

Руководитель

Михеева Вера

Владимировна

Допустить к защите

Директор МОУ

Мокеевской СОШ

Соколова Л. Я.

______________________

«___» ________2020 г.

Мокеиха

2020

Содержание

Введение………………………………………………………………………………3

1. Понятие «урбоэкология» и её основные направленности……………………….6

2. История возникновения профессии………………………………………………9

3. Профессиональные качества урбаниста-эколога………………………………..11

4. Личные профессиональные качества и предпочтения………………………….13

5. Учебные заведения, осуществляющие подготовку

к профессии урбанист-эколог…………………………………………………….16

Заключение……………………………………………………………………………18

Источники…………………………………………………………………………….19

УРБАНИСТ-ЭКОЛОГ В МИРЕ НОВЫХ ПРОФЕССИЙ

Введение


«Будущее великого народа
зависит от него самого, от его
воли и энергии, от его творческой
силы и от просветлённости его
исторического сознания … » + «и
от его отношения к окружающей среде»

Николай Бердяев

Человечество успело так много испортить, сломать, уничтожить, что сейчас надо приложить все усилия, волю, знания, чтобы восстановить хотя бы немного того первозданного в природе, что было много веков назад.
Для человека, как и любого вида, природа – среда жизни и источник существования. В настоящее время экологические проблемы – острый вопрос человечества. Особенно страдает человек от загрязнения отходами производства. А что больше всего вредит природе?

Наше равнодушное отношение. Одна из форм такого равнодушия – мусор, создаваемый человеком. Этот мусор накапливается гораздо быстрее, чем общество успевает его уничтожить. На данный момент человеческая цивилизация производит огромное количество мусора, который уже образует целые материки в океане.

Проблема “человек-природа” не нова, она имела место всегда. Но сейчас экологическая проблема воздействия человека стала очень острой и приняла огромные масштабы. Ускорение темпов научно-технического прогресса характеризуется отрицательным воздействием на природную среду.

Люди испытывают любовь к родной природе и понимают значение окружающей среды. Для гармоничного развития цивилизации этого мало. Нужны профессионалы.

Реальность такова, что большие города со временем лишь разрастаются и, несмотря на то, что экологии уделяется огромное значение, дышать в них легче пока не стало. Проблема загрязнения окружающей среды в мегаполисах, да и городах поменьше остаётся актуальной. Одним из тех, кто в будущем поможет сохранить здоровье в суете большого города станет урбанист-эколог.

Проблема, на решение которой направлен проект: Изучить особенности профессии «урбанист-эколог».

Цель проекта: создать модель будущей карьеры в соответствии с жизненными и профессиональными планами и выбрать направление будущего развития в соответствии с профессией.

Ожидаемые результаты: повышение готовности к профессиональному самоопределению.

Объект исследования: профессия «урбанист-эколог».

Предмет исследования: процесс выбора профессии .

Гипотеза исследования: процесс выбора профессии будет успешным, если использовать различные формы и методы работы: учебные занятия, тесты, консультации.

Определив цель, объект, предмет и гипотезу ставятся определенные задачи:

  • Проанализировать литературу по данной проблеме,

  • Дать определение понятия «урбоэкология» и раскрыть ее основную направленность.

  • Изучить историю возникновения профессии.

  • Рассмотреть профессиональные качества урбаниста-эколога.

  • Выявить личные профессиональные качества и предпочтения.

  • Составить список учебных заведений, осуществляющих подготовку к этой профессии.

Методы:

  • Сбор и анализ информации

  • Тестирование

  • Метод аналитического вывода

1. Понятие «урбоэкология» и её основные направленности.

Наука, специалистами в которой являются урбанисты-экологи, называется урбоэкология.

Урбоэкология – это прикладная наука, которая изучает экологические проблемы городов и формирует оптимальные пути их решения. Это наука о взаимосвязи и взаимодействии во времени и пространстве двух систем — городской (её социальной, технической, энергетической, информационной, административной подсистем) и естественной, а также о ноосферном управлении экосистемой. Урбанисты-экологи опираются на экологический подход, который гласит, что город является сложным организмом в системе связей между социальной и природной средой. Они занимаются анализом и поиском решений экологических проблем современных городов. Урбанизация территорий является одним из основных процессов, начиная с XX века. В XXI веке рост городов достиг своего пика, а это значит, что с увеличением темпов урбанизации увеличивается количество экологических проблем. Целью экоурбанистов становится проектирование городских систем таким образом, чтобы жизнь горожан наносила, с одной стороны, наименьший ущерб природе, а с другой — была максимально комфортной.

С точки зрения экоурбаниста, город – это экосистема со своими потребностями и законами. У города есть свой метаболизм: он, как и живой организм, нуждается в энергии, растёт и развивается, оставляет отходы и может умереть. 

В будущем города должны максимально эффективно встроиться в природную среду, слиться с ней, образуя общую экосистему. Реализовать на практике эту концепцию предстоит экоурбанисту.  

Он должен создавать новые – «зелёные» — города и городские районы, реструктурировать существующие города так, чтобы создать максимально комфортную среду обитания. Эта профессия находится на стыке экологии, урбанистики и архитектуры.  

В России 2/3 детей рождаются в городах. Почти круглые сутки большинство людей проводит в замкнутых помещениях: дома, в школе, в институте, в офисе, в вагонах метро и наземного транспорта. И это порождает массу экологических проблем. 

Но число городских жителей растёт, а дачи есть не у всех. Поэтому уже через 5 – 10 лет появится новый формат города, вписанного в природу, в котором все системы выстроены и взаимодействуют логично, в котором легко и комфортно жить.  

Но знаний и методов, которые используют современные экологи, недостаточно. На стыке экологии и урбанистики появляется новое направление — экоурбанистика. В его основе — не консервация природы, а принципы устойчивого развития. 

Так, проблему промышленного загрязнения эта наука решает не закрытием завода, а внедрением безопасных технологий.  

Урбанист-эколог должен «подружить» город и природу — чтобы мегаполис потреблял как можно меньше ресурсов извне, живя за счёт выработки собственных ресурсов, производил как можно меньше отходов, перерабатывал их и использовал во вторичном производстве.  

Системы должны работать эффективно, экологический след должен быть минимален, город должен быть максимально самодостаточен, устойчив, автономен.  

Сегодня над созданием эко-эффективной городской среды работают команды специалистов: инженеры, архитекторы, дизайнеры, городские планировщики.

Экоурбанист принимает участие в исследовании и проектировании городов, городских объектов, чтобы создать максимально комфортную и экологически и социально безопасную среду для проживания человека. 

Эта профессия очень развита за рубежом, где уже сейчас целые города строятся на принципах экоурбанизма. 

Работа урбанистов-экологов высоко ценится, их труд позволяет улучшить города, сделать их более современными. Занимаясь созданием проекта, урбанист рассматривает город как крупное предприятие, где пребывают и работают люди, имеющие собственный вкус, привычки, требования. Современная урбоэкология имеет несколько направлений:

  • экология города;

  • экологическая архитектура и ландшафтный дизайн.

Экологическая архитектура – новейшее направление в архитектуре, районной и городской планировке, стремящееся максимально учесть экологические и социально-экологические потребности конкретного человека от его рождения до глубокой старости.

2. История возникновения профессии.

Формирование городов и городской среды относят к рубежу 4 — 3-го тысячелетий до нашей эры, когда был сооружён первый из известных городов – Иерихон. Это городское поселение базировалось на сельском хозяйстве, которое привело к следующим экологическим последствиям: органическое истощение почв, вырубка лесов, снижение численности видового разнообразия.

Не вполне здоровыми были и оживлённые густонаселённые районы Древнего Рима, располагавшиеся в сырых, плохо проветриваемых низинах. Всё это нередко приводило к вспышкам эпидемий. Учёные и философы того времени задумывались о функциональности устройства городов. Они рассматривали вопросы оптимального размера поселений и их общественного устройства, гигиены поселений и их благоустройства, планировки городов и многообразные проблемы строительного искусства и архитектуры.

Такая же проблема коснулась и средневековых городов в XIV веке. Главной угрозой для жителей оставались эпидемии. Чума унесла почти треть населения Европы. Только тогда стали появляться первые законодательные акты, направленные на охрану окружающей среды.

В XVII – XVIII веках значительное развитие получила так называемая регулярная планировка городов и пригородной «экологической архитектуры», но санитарное состояние городов оставалось по-прежнему неудовлетворительным.

В конце XIX века возник интерес к исследованию города с позиции экологии. Реальность такова, что большие города со временем лишь разрастаются и, несмотря на то, что экологии уделяется огромное значение, дышать в них легче пока не стало. Проблема загрязнения окружающей среды в мегаполисах, да и городах поменьше остаётся актуальной.

Экологические последствия хозяйственной деятельности человека наблюдаются повсеместно, однако наиболее ярко они проявляются на урбанизированных территориях и, особенно, в крупных городах. Темпы роста населения мира в 1,5 — 2 раза ниже роста городского населения, к которому сегодня относится более половины людей планеты. На картах планеты появились так называемые «усталые города» — крупные промышленные центры, где явно растёт число заболеваний сердечно — сосудистой системы, аллергических болезней, психических расстройств, синдрома стресса у жителей этих поселений.

Сейчас, в XXI веке, современные темпы загрязнения мегаполисов являются неопровержимым доказательством того, что в скором будущем специалисты, занимающиеся проектированием экологически чистых городов, будут просто нарасхват. Проектирование «городов будущего» будет основываться на применении экологически чистых биотехнологий, а специализация эколога-урбаниста будет охватывать сферы строительства, энергетики и контроля загрязнения окружающей среды.

3. Профессиональные качества

урбаниста-эколога.

Эколог-урбанист занимается проектированием новых городов на основе биотехнологий, специализируясь на энергетике, строительстве, охране окружающей среды.

Необходимые профессиональные навыки и знания:

1. уметь свободно разбираться в экологическом законодательстве, стандартах и нормативах;

2. знание физики, химии, биологии, процессов проходящих в окружающей среде;

3. иметь представление о порядке проведения экологической экспертизы;

4.знать методы экологического мониторинга;

5.иметь навыки компьютерного моделирования;

6. разбираться в зарубежном и отечественном опыте в сфере охраны окружающей среды;

7. уметь составлять необходимую отчётность и документацию по охране окружающей среды.

Талантливый урбанист-эколог должен любить не только свою работу, но и людей, для которых он её выполняет, очень важны такие черты характера:

  • способность к творческому мышлению;

  • умение генерировать свежие идеи;

  • любовь к чтению, получению новых знаний;

  • коммуникабельность и дар убеждения;

  • наблюдательность и целеустремлённость;

  • ответственность и умение работать в команде;

  • доброжелательность.

Урбанист-эколог должен иметь правильную речь, опрятный внешний вид, быть дисциплинированным, обладать амбициозностью, умением настоять на своём.

А в идеале настоящий эколог — это энтузиаст. Но именно такие люди и делают самые большие дела для планеты.

4. Личные профессиональные качества

и предпочтения.

Выбор профессии – один из самых серьёзных в жизни каждого человека. На этот выбор влияют разные аспекты жизни. Это и уверенность в дальнейшем трудоустройстве, доступность поступления в учебное заведение и перспектива выбранной профессии, советы родителей, знакомых, также личные качества и профессиональные предпочтения.

При прохождении компьютерного теста «Профессиональные предпочтения» были выявлены следующие результаты:

Тип личности

На диаграмме представлены следующие типы личности: реалистический, интеллектуальный (исследовательский), артистический, социальный, предпринимательский и традиционный. По результатам исследования можно сделать вывод, что значительное количество баллов приходится на следующие типы:

Профессионалы данного «типа» отличаются аналитическим умом, рационализмом, независимостью, оригинальностью, не склонны ориентироваться на социальные нормы. Люди этого «типа» предпочитают профессии научно-исследовательского направления: ботаник, физик, философ, программист и другие, в деятельности которых необходимы творческие способности и нестандартное мышление. Межличностные отношения в деятельности играют незначительную роль, более склонны работать с идеями.

Профессионалы данного «типа» оригинальны, независимы в принятии решений, редко ориентируются на социальные нормы и одобрение, обладают собственным (часто сложным) взглядом на жизнь, гибкостью мышления, высокой эмоциональной чувствительностью. Отношения с окружающими строят, опираясь на свои ощущения, эмоции, воображение, интуицию. Профессиональная предрасположенность в наибольшей степени связана с актёрско-сценической, музыкальной, изобразительной деятельностью.

Профессионалы данного «типа» практичны, сознательны, конкретны, упорны, не любят отступать от задуманного, обладают хорошей энергией, ориентированы на социальные нормы. Предпочитают работу, которая требует внимания к деталям и аккуратности. Сфера общения ограничена и не является ведущей, что вполне устраивает данный «тип» личности.

При прохождении компьютерного теста «Профессиональная направленность» были выявлены следующие результаты:

На графике представлена общая картина профессиональной направленности. Предпочтения были отданы таким сферам деятельности как медицина, химия и биология. Они могут служить опорой для принятия решения о выборе будущей профессии.

По результатам исследований, можно сделать вывод, что профессия урбанист-эколог близка по личным предпочтениям, интересам и профессиональным качествам.

Специфической особенностью современного урбаниста-эколога является отход от диктующей режиссерской позиции градостроителя и переход на формат согласования и обсуждения идей с представителями разных социальных групп.

При этом будущий урбанист должен не только представить свою идею, но и понимать, какие конкретно шаги и в какой последовательности нужны для её реализации, а для этого необходимо системное мышление. Так же в работе он совмещает полевые исследования (наблюдения, измерения, интервьюирование «на местах», популяризацию идей) с кабинетной занятостью (обработкой данных, изучением литературы, проектированием).

5. Учебные заведения, осуществляющие подготовку к профессии урбанист-эколог.

Каждый желающий защитить природу задаётся главным вопросом «где получить профессию урбаниста-эколога». На данный момент в нашей стране в университетах открываются кафедры по урбоэкологии и есть как минимум несколько таких учреждений:

  • Томский политехнический университет

  • Московский государственный университет

  • Санкт-Петербургский государственный университет промышленных технологий и дизайна 

  • Северный (Арктический) Федеральный университет

  • Удмуртский государственный университет

  • Дальневосточный государственный технический рыбохозяйственный университет

  • Российский государственный аграрный университет

  • Тульский государственный университет

  • Уральский государственный архитектурно-художественный университет

  • Казанский национальный исследовательский технологический университет

  • Белгородский государственный технологический университет им. В.Г. Шухова.

  • Ярославский государственный технический университет

Профессия – урбанист- эколог имеет блестящие перспективы. Он использует новейшие экологические биотехнологии, принципы зелёного строительства и соблюдает режим минимального загрязнения окружающей среды.

Плюсы и минусы профессии

Плюсы

  1. Социальная значимость этой профессии колоссальная, ведь без урбанистов-экологов Москва, Санкт-Петербург и другие мегаполисы не смогут принимать большое количество людей, оставаясь комфортными и благоустроенными.

  2. Талантливый урбанист-эколог способен преобразить город или отдельную его часть, поэтому эти специалисты являются ценными и уважаемыми сотрудниками.

  3. Профессия перспективная, специалисты востребованы.

  4. Урбанист-эколог работает с цифрами и расчётами, но есть в этой профессии доля романтизма и творчества.

  5. Возможность исправлять допущенные ошибки на этапе реализации проекта.

  6. Много профильных вузов, достаточное количество бюджетных мест.

  7. Командировки, большой потенциал для саморазвития.

Минусы

  1. Для успешного карьерного продвижения необходим талант, который есть не у каждого выпускника творческого вуза.

  2. Молодые специалисты, не имеющие опыта, могут долго искать работу, получая в первое время минимальный оклад.

  3. Частые задержки в офисе, график ненормированный.

  4. Форс-мажоры, необходимость выполнять проекты в сжатые сроки.

  5. Конфликтные ситуации с руководством, инвесторами и другими людьми, которые остались недовольны проектом, созданным урбанистом-экологом.

Эта профессия очень развита за рубежом, где уже сейчас целые города строятся на принципах экоурбанизма. 

Заключение

Мир профессий огромен. Найти своё место в нём, обрести уверенность в себе, стать профессионалом – процесс длительный, требующий от человека: адекватной оценки собственных возможностей; знаний, как о своих сильных сторонах, так и личных затруднениях, овладения культурой самопознания; готовность к постоянному процессу обучения, повышения собственной профессиональной компетентности.

Сегодняшнее время – это время людей компетентных, профессионалов, способных интегрировать знания, рождающих новый продукт собственной деятельности, ищущих и находящих варианты решения, казалось бы, неразрешимых проблем. Поэтому важна подготовка к работе по конкретной специальности или профессии, выбранной в соответствии с личными качествами, природными способностями и социальной обстановкой в стране, а также способность к непрерывному профессиональному обучению.

В моей работе были рассмотрены особенности профессии «урбанист-эколог» и раскрыта её важность. При помощи компьютерных тестов на профессиональное самоопределение, профессия урбанист-эколог соответствует моим интересам и способностям. Поэтому я стараюсь получать новые знания, хорошо учиться и открывать в себе всё новые и новые способности, расширяя границы своих возможностей. Думаю, это мне пригодится в будущей профессии.

Источники

  • Атлас новых профессий. – Режим доступа: http://atlas100.ru/catalog/biotekhnologii/urbanist-ekolog-/

  • Глазычев В. Л. Город без границ. — М.: Территория будущего, 2011. — 400 с.

  • Гридюшко, А.Д. Биомиметические принципы в архитектурном проектировании: Автореф. дис. … канд. архит. − М. : МАРХИ, 2013.

  • «Зеленая энциклопедия». – Режим доступа: greenevolution.ru/enc/wiki/zelenye-texnologii

  • Флорида Р. Креативный класс: люди, которые меняют будущее. — М.: Классика- XXI, 2005. — 430 c.

  • Экологичное развитие – Evolution Awards 2014. Всероссийская премия. – Режим доступа: greenevolution/evolutionwards2014/

«Урбанист-эколог в мире новых профессий (на примере России, Германии, Франции)», Экология

Основная концепция профессии — проектирование новых городов, безопасных для окружающей среды. Специалист данной области будет призван обеспечить планирование, моделирование и создание проектов таких новых городов, физическая среда которых будет функционировать на основе экологоориентированных биотехнологий. Урбанист-эколог будет способен к реализации решений и в плане строительства, и в плане проектирования энергетических комплексов, проработки концепта функционирования промышленных комплексов с максимальным контролем загрязнения окружающей среды. Как мы уже отмечали выше, профессия «Урбаниста-эколога» будет, да и сейчас уже ориентирована на создание проектов высокотехнологичных «зеленых городов», которые в настоящее время являются востребованными в странах Ближнего Востока, Европы и Азии. Внимание нашей страны также максимально сосредоточено на использовании и внедрении достижений результатов данной профессии. Как один из ярких примеров экологической «встроенности» «зеленого города» в рамки природы можно рассматривать концептуальные решения А. Асадова (Рис. 2).Рис. 2 Проект, А Асадова для г. Сочи.

По данным исследователей и аналитиков профессия «Урбанист-эколог» должна удовлетворять следующим надпрофессиональным умениям и навыкам: системность мышления; навыки межотраслевой коммуникации и управления проектами; умения и навыки бережливого производства; качества, связанные с программированием и использованием искусственного интеллекта; навыки работы с людьми, а также достаточный уровень поликультурного, мультикультурного образования; мультиязычность в условиях социально-культурной и политической интеграции.

4.2 Урбанист-эколог: профессионально-важные качества и компетенции.

Так как данная профессия будет призвана аккумулировать качества и компетенции специалистов, занимающихся планированием пространственной среды городов и экологической направленностью деятельности, то профессионально важные качества и компетенции урбаниста-эколога будут сочетать в себе следующее:

свободно развираться в законодательстве (в том числе и экологическом), стандартах и нормативах нужных областей;

— владеть знаниями смежных наук и процессов окружающей среды;

— иметь представление о порядке проведения мониторингов и экспертиз;

— иметь навыки компьютерного моделирования;

— разбираться в зарубежном и отечественном опыте урбанистики и экологического устойчивого развития;

— владеть навыками составления и оперирования соответствующей документацией;

— функциональное и профессиональное владение иностранными языками;

— обладать знаниями в области проектирования, функционирования и развития городов, сетей, систем, подсистем, сообществ;

— владеть практикой управления и пространственного планирования городов;

— иметь концептуальное понимание антропоэкологической комфортной городской среды проживания;

— обладать навыками исследовательской деятельности и пр. Конечно же это далеко не полный список качеств и компетенций специалиста будущего. С развитием социума, потребностей и парадигм экоурбанистики список будет пересматриваться, совершенствоваться и дополняться.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Немаловажен тот факт, что стратегии современного развития стали ориентированы на экологические и «зеленые» инновации. Сохранить равновесие природы и искусственной среды обитания, жить и развиваться без ущерба планете — является важнейшей составляющей экологической политики устойчивого развития. Известно, что искусственная среда обитания, созданная человеком, является гораздо более продуктивной; человек изменял мир и природу, подстраивая их под свое существование, что дало ему (человеку) возможность прогрессивного и эффективного социального эволюционирования. Однако, без соблюдения законов природы и сохранения окружающего пространства для настоящих и будущих поколений гармони и равновесие между человеком и природой не может быть достигнута. В связи с этим стали востребованы такие профессии и технологии, которые смогли бы максимально обеспечить «вписанность» человеческого бытия в окружающее природное пространство без нанесения ущерба последнему. Урбоэкология, «зеленые инновации» являются на сегодняшний день решениями насущного характера, требующими не только заявленного профессионализма от специалистов будущего, но и совершенствования их мировоззрения, личностных качеств и черт характера.

ЛИТЕРАТУРА

Атлас новых профессий. — Режим доступа:

http://atlas100.ru/catalog/biotekhnologii/urbanist-ekolog-/Глазычев В. Л. Город без границ. — М.: Территория будущего, 2011. — 400 с. Гридюшко, А. Д. Биомиметические принципы в архитектурном проектировании: Автореф. дис. … канд. архит. −.

М.: МАРХИ, 2013.

Есаулов, Г. В. Устойчивая архитектура как проектная парадигма (к вопросу определения) / Г. В. Есаулов // Устойчивая архитектура: настоящее и будущее: тр. Международного симпозиума. 17−18 ноября 2011 г. Научные труды Московского архитектурного института (государственной академии) и группы КНАУФ СНГ. − М., 2012. − С. 76−79.»Зеленая энциклопедия». — Режим доступа: greenevolution.ru/enc/wiki/zelenye-texnologiiФлорида Р.

Креативный класс: люди, которые меняют будущее. — М.: КлассикаXXI, 2005. — 430 c. Шубин, В. И. Экологические императивы инженерной деятельности / В. И. Шубин, Е. Ю. Смотрицкий. -.

Сучасніекологічніпроблеми та молодь. — Запоріжжя, ЗГІА, 2001.

Экологичное развитие — EvolutionAwards 2014.

Всероссийская премия. — Режим доступа: greenevolution/evolutionwards2014/Яковлев, В. П. В. И. Вернадский. Серия «Философы XX века» — «Отечественная философия» / В. П. Яковлев. — М.: «Мар

Т; Ростов н/Дону: издательский центр «Мар

Т», 2005. — 80 с. ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ:

КУДА ПОЙТИ УЧИТЬСЯ? Россия (https://nanayna.ru, 12).

Мероприятия для взрослых, детей и молодежи по прикладной урбанистике:

http://vk.com/urbanappРис. 3 Умный город: Москва.

Урбанист-эколог — ВУЗЫТомский политехнический университет.

Московский государственный университет.

Санкт-Петербургский государственный университет.

Северный (Арктический) федеральный университет.

Удмуртский государственный университет.

Дальневосточный государственный технический рыбохозяйственный университет.

Российский государственный аграрный университет — МСХА им. Тимирязева Франция»Париж — один из красивейших городов: весь мир завидует его достопримечательностям, паркам и мощеным дорожкам Монмартра. Научно-технический прогресс и новые архитектурные решения зачастую противоречат основным правилам градостроительства: сохранению исторических областей города, реконструкции отдельных районов и кварталов и развитию парков и «зеленых зон». Всё это не относится к VincentCallebau — архитектору, в чьем понимании Париж — это зеленая столица Франции, архитектура которого способна придать городу всех влюбленных необыкновенный шарм и волшебство. Проект «Умный город» был заказан VincentCallebau мэрией Парижа, целью его стало сократить выбросы вредоносных газов на 75% к 2050 году. VincentCallebau совместно с инженерами SetecBâtiment создал модели больших жилых домов, оборудованных фотоэлектрическими и тепловыми щитами, способными обеспечивать жителей домов электроэнергией и горячей водой. За аккумулирование энергии будут отвечать также специальные гидро-электрические насосы, которые будут перерабатывать дождевую воду. Новые экологичные дома помогут городу спастись от загрязнения…»:

http://urbanab.ru/2015/07/28/paris_smart/Урбанистика и Экологическое градостроительство: ВУЗЫУниверситет Бордо (Бордо, Франция) Ecole des Hautes Etudes d’Ingénieur (Лилль, Франция) Тульский государственный университет совместно с Французской Академией Искусств Россия, Франция) Страсбургская архитектурная школа (ENSAS, Франция) Высшая.

ШколаурбанистикивПариже (EIVP) — Ecole des Ingénieurs de la Ville de ParisEcoled’Architecture de Paris-Belleville и Paris La VilletteВысшая школа ландшафтной архитектуры в Версале.

ГерманияУрбанистика, экология, дизайн коммуникаций, архитектурное планирование: ВУЗЫТехнологический институт Карлсруэ (KIT, Германия) HochschulefürGrafik und Buchkunst, LeipzigHochschulefürbildendeKünste, HamburgHochschulefürangewandteWissenschaften, MünchenKunsthochschuleWeißensee, BerlinTechnischeUniversitätBerlinTechnischeUniversitätDresdenBrandenburgischeTechnischeUniversität Cottbus (BTU)Rheinisch-WestfälischeTechnischeHochschuleAachenLeibniz-UniversitätHannoverBauhaus-UniversitätWeimarTechnischeUniversitätMünchenUniversitätStuttgart.

Проект «Урбанист-эколог в мире новых профессий» (на примере России, Германии, Франции)

Учебный предмет, в рамках которого проводится работа по проекту: немецкий и французский язык как второй иностранный язык

Учебные дисциплины, близкие к теме проекта: экология, русский, история, психология

Возраст учащихся, на который рассчитан проект: 14+

Форма проекта: проблемно-реферативная работа

Гипотеза: Стремительно растущая искусственная среда обитания, созданная человеком, не способна в полной мере служить экологии человека, экологии здоровья и экологии окружающей среды. Мы предполагаем, что на помощь приходит урбанистика — одна из достаточно новых тенденций организации и планирования экологичной городской среды.

Цель проектной работы: рассмотреть основные направления урбоэкологической политики в России и за рубежом (на примере таких стран как Германия, Франция)

Задачи:

  • Выявить сущностные характеристики понятия «урбанистика»;
  • Проанализировать основные достижения урбанистики в России, Германии и Франции;
  • Дать определение понятия «урбоэкология» и раскрыть ее основную направленность;
  • Вывить основные общеевропейские принципы экологической политики, урбоэкологии; определить их взаимосвязь;
  • Дать характеристику основным направлениям экологической политики, урбоэкологии анализируемых стран;
  • Рассмотреть профессиональной важные качества и компетенции урбаниста-эколога в аспекте тенденций развития новых профессий;
  • Разработать рекомендации по вопросам образования в области овладения вышерассматриваемой профессии

Вопросы проектной работы:

  • Что означают термин «урбанистика», «урбоэкология», «архитектура» и «градостроительство»;
  • Актуальна ли одна из новых профессий – урбанист-эколог;
  • Каково современное состояние урбанистики;
  • Каковы профессионально важные качества и компетенции урбаниста-эколога

Актуальность

Жизнь в природном пространстве с максимальным городским комфортом в настоящее время становится все более и более насущной социальной потребностью. Отсюда и стремление человека сохранить психологическое равновесие среди шумной городской суеты, и желание исключить из состояния качества жизни так называемый «синдром мегаполиса» и многие другие. В связи с этим возникла достаточно насущная проблема планирования, организации и воплощения в жизнь особой физической среды городов, которая бы способствовала максимально возможному сохранению гармонии окружающего природного пространства и той искусственной среды, которая необходима современному человеку.

Значимость

Мы предполагаем, что анализ экологической политики стран в контексте урбоэкологии позволит нам обосновать актуальность одной из новых профессий – урбанист-эколог, основываясь на выявлении профессионально важных качеств и компетенций специалиста в данной области, а также рекомендаций образовательных учреждений, в которых можно получить соответствующее образование.
Также в процессе работы происходит формирование различных ключевых компетенций, а именно, комплексные свойства личности, включающие взаимосвязанные знания, умения, ценности, а также готовность мобилизовать их в необходимой ситуации.

Предполагаемые продукты проекта: реферативная работа, презентация в Power Point, буклет «Урбанист-эколог в мире новых профессий».
Жизнь в природном пространстве с максимальным городским комфортом в настоящее время становится все более насущной социальной потребностью. Отсюда и стремление человека исключить из состояния качества жизни «синдром мегаполиса». В связи с этим возникла насущная проблема создания городов, способствующих максимально возможному сохранению гармонии окружающего природного пространства и той искусственной среды, которая необходима

Инновационный центр «Сколково» — строящийся в Москве современный научно-технический инновационный комплекс по разработке и коммерциализации новых технологий, первый в постсоветское время в России строящийся «с нуля» наукоград, презентовал 17 февраля 2014 года «Атлас новых профессий», документ, не имеющий аналогов.

Профессия «Урбанист-эколог» по данным журнала «Forbes» вошла в топ самых интересных профессий будущего. Рейтинг профессий был составлен на основе «Атласа новых профессий», разработанного бизнес-центром «Сколково». Необходимо отметить, что данная профессия стала одной из пяти профессий, попавших в список, что говорит о ее насущности и своевременности.  

Урбанистика – это интегративная дисциплина, в настоящее время призванная исследовать явления урбанизации, связанные с экологическими императивами и качеством жизни населения.

Основная концепция профессии – проектирование новых городов, безопасных для окружающей среды. Специалист данной области будет призван обеспечить планирование, моделирование и создание проектов таких новых городов, физическая среда которых будет функционировать на основе экологоориентированных биотехнологий.

Такие важные проблемы требуют совершенно новых специалистов, способных прогрессивно и творчески подойти к удовлетворению запросов социума. Это нашло свое отражение в неизбежности возникновения и развития новых профессий, которые  бы удовлетворяли потребностям гармонизации жизнедеятельности человека, научно-технического прогресса и экологически ориентированной стратегии устойчивого развития стран и регионов.

Во Франции экологическое планирование является проверенным временем способом организации  городского пространства. Но научно-технический прогресс и новые архитектурные решения зачастую противоречат его основным правилам.

Париж — один из красивейших городов: весь мир завидует его достопримечательностям и паркам. Чтобы сохранить уникальность французской культуры в рамках Парижа, французский архитектор Vincent Callebaut создал модели больших жилых домов, оборудованных фотоэлектрическими и тепловыми щитами, способными обеспечивать жителей домов электроэнергией и горячей водой. За аккумулирование энергии будут отвечать также специальные гидроэлектрические насосы, которые будут перерабатывать дождевую воду. Новые экологичные дома помогут городу спастись от загрязнения. Проект «Умный город» сохранит Париж, зеленой столицей Франции, архитектура которого способна придать городу всех влюбленных необыкновенный шарм и волшебство.

В Германии термин «урбанистика» (Urbanistik) понимается очень широко. В него входят такие разделы, как городской дизайн (Urban disign) и городское планирование (Stadtplanung). Урбанистика включает в себя регулирование типов, дизайна и характера городского развития на региональном и городском уровнях.

Очень важным аспектом городского планирования является деятельность по охране природы. С 1960 года по настоящее время в Германии был принят ряд законов, регулирующих природопользование. Главной целью этого законодательства является прекращение экстенсивного развития городов и уплотнение внутригородской застройки. Законы, определяющие правила природопользования и охраны природы в Германии, очень строги и должны неукоснительно соблюдаться.

В России упомянутая академическая дисциплина и область профессиональной деятельности только зарождается во всей своей комплексности и междисциплинарности. Городское планирование часто называют у нас «градостроительством», что совершенно неправильно. Мы ведь говорим не только о строительстве физической оболочки города, мы говорим о понимании и планировании сложнейших внутренних, невидимых социо-культурных, политических и других механизмов с позиции рационального взаимодействия с окружающим миром. Россия быстро наверстывает упущенное время и усиленно работает над созданием особого характера русской урбоэкологии.

Парк «Зарядье» —  уникальный объект, строящийся в Москве на месте снесенной в 2006 году гостиницы «Россия» и одноименного исторического района. Открытие запланировано ко дню города в 2017году. 20 января 2012 года премьер-министр РФ Владимир Путин указал мэру Москвы Сергею Собянину подумать над созданием парковой зоны. В 2012 году было создано общественное движение «Друзья Зарядья», которое начало отстаивать идею создания парка.

Конкурс на проект проходил с мая до ноября 2013 года. Победителем конкурса стало американское бюро Diller Scofidio + Renfro, автор парка High Line в Нью-Йорке. Проект парка основан на принципах природного урбанизма, который создает понятную систему взаимодействия между природой и городом. Людям не навязываются определенные маршруты. Использование технологий устойчивого развития позволяет создать искусственный микроклимат в разных частях парка: с помощью регуляции температуры, управления ветром и имитации естественного света. Проект парка отражает наиболее яркие особенности прилегающих территорий, что позволяет соединить характерные элементы исторической застройки и пешеходные зоны Китай-города с пышными садами Кремля, таким образом создавая гибридный ландшафт – соединения города и природы.

Для нас представляет интерес задумка французского ландшафтного архитектора Мишеля Пена. В данное время Москве на территории ВДНХ между Ботаническим садом, Останкинским парком и главными выставочными павильонами строится настоящий парк будущего, который будет разделен на пять природных зон. Все они будут под открытым небом.

Между парком и остальной частью ВДНХ протянут прогулочную аллею длиной около пяти километров. На пруду прямо над водой разобьют аквасад. Отдыхающие смогут гулять по понтонам среди экзотических и привычных водных растений. А в Шереметьевской дубраве между деревьями перекинут прогулочные мостки. Воздушные тропинки устроят на разных уровнях.

При разработке проекта учитывались современные наработки в сфере паркового благоустройства и ландшафтной архитектуры.
Строительство природного парка на ВДНХ — яркий пример, иллюстрирующий функции урбоэкологии. Здесь, урбоэкология —  это наука о городе как о социо-экономическом, географическом, культурном, экосистемном феномене.  Проект будет реализован к осени 2018 года. Необходимые средства будут выделены в рамках программе«Экономическое развитие и инвестиционная привлекательность города Москвы»
Чтобы стать отличным специалистом в данной области требуются такие надпрофессиональные навыки, как системное мышление,
(межотраслевая коммуникация, бережливое производство, умение программировать, способность к работе с людьми.

В европейских странах существует большое множество университетов, предлагающих обучение по данным направлениям. Франция не является исключением. Самымы известными вузами, в стенах которых встаю на ноги будущие специалисты в области урбоэкологии являются  École des Hautes Études d’Ingénieur, Университет Бордо, École des Ingénieurs de la Ville de Paris.

В Германии выучиться на данную профессию можно в таких университетах, как Hochschule für Grafik und Buchkunst в Лейпциге, Kunsthochschule Weißensee в Берлине, Technische Universität в Берлине.

Для того, чтобы стать урбанистом-экологом необходимо получить соответствующее высшее образование. Чтобы поступить в вуз на данную специальность в зависимости от направления, необходимо сдавать ЕГЭ по таким предметам, как география, химия, профильная математика, обществознание или русский язык. Основными вузами страны,  ведущими подготовку по упомянутым направлениям являются такие университеты как СПБГУ  и МГУ.

Продуктом нашего проекта стал буклет, в который мы постарались внести всю важную информацию, касающейся профессии «Урбанист-эколог».

Возможно, кто-нибудь из воспитанниц, ознакомившись с буклетом, заинтересуется данным видом деятельности.

Пансион воспитанниц МО РФ является примером грамотного и правильного проекта, основанного на принципах урбоэклогического города. Над созданием парка Пансиона воспитанниц МО РФ работала дизайн-студия «Артпланнер». Необыкновенно  креативная работа этой студии доказывает, что и в нашей стране быстро развивается урбоэкология, и в скором будущем работы наших специалистов будут соперничать с европейскими проектами. На территории пансиона можно увидеть как свободно гуляющих животных, так и жилые корпуса, что показывает неразрывную связь между природой и человеком.

Урбоэкология, «зеленые инновации» являются на сегодняшний день ключом к решению насущных проблем, требующих не только заявленного профессионализма от специалистов будущего, но и совершенствования их мировоззрения, личностных качеств и черт характера.
Сохранить равновесие природы и искусственно среды обитания, жить и развиваться без ущерба для планеты – вот, что является важнейшей составляющей экологической политики устойчивого развития.

Презентация по модулю «Профессия будущего» -Урбанист

Материал опубликовала
Бобкова Наталия Георгиевна3957

Работаю в МАОУ «Лингвистическая гимназия №3 г. Улан-Удэ» с 2010 г. — кандидат филологических наук; — эксперт ЕГЭ по французскому языку с 2012 — 2015 гг.; — заместитель председателя республиканской предметной комиссии ЕГЭ по французскому языку.

Россия, Бурятия респ., Улан-Удэ

Урбанист-Эколог ПРОФЕССИЯ БУДУЩЕГО Свиридова Дарья 11В

Кто такой урбанист-эколог? Проектировщик новых городов на основе экологических биотехнологий; специализируется в областях строительства, энергетики и контроля загрязнения среды. Эта профессия востребована уже сейчас — высокотехнологичные «зеленые города» проектируют и строят в Малайзии, Китае, Арабских Эмиратах, Индии, Южной Корее и странах Европы

Основная задача урбаниста-эколога – подружить природу и каменные джунгли, сделать так, чтобы они не мешали друг другу. Основная задача урбаниста-эколога – подружить природу и каменные джунгли, сделать так, чтобы они не мешали друг другу.

Урбанисты-Экологи занимаются внедрением экологических биотехнологий и должен организовать всё таким образом, чтобы мегаполисы, наконец, стали самостоятельными. То есть не брали у природы взаймы, а существовали за счет выработки собственных ресурсов, использовали альтернативные источники энергии и производили как можно меньше отходов. Урбанисты-Экологи занимаются внедрением экологических биотехнологий и должен организовать всё таким образом, чтобы мегаполисы, наконец, стали самостоятельными. То есть не брали у природы взаймы, а существовали за счет выработки собственных ресурсов, использовали альтернативные источники энергии и производили как можно меньше отходов.

У каждого урбаниста-эколога в голове должен быть своего рода компьютер, способный проанализировать все экологические проблемы мегаполиса и предложить оптимальный способ их устранения. У каждого урбаниста-эколога в голове должен быть своего рода компьютер, способный проанализировать все экологические проблемы мегаполиса и предложить оптимальный способ их устранения.

Также они отвечают за развитие «зелёных» пространств – чем больше их будет, тем лучше. Новые парки, спортивные поля, экодома и городские огороды – всё это создаётся по их задумкам. Также они отвечают за развитие «зелёных» пространств – чем больше их будет, тем лучше. Новые парки, спортивные поля, экодома и городские огороды – всё это создаётся по их задумкам.

Почему экологический урбанизм? Почему сейчас?

Экологический урбанизм — разве это не оксюморон, как гибридный внедорожник? Как может город со всеми его механизмами потребления — пожиранием энергии, ненасытной потребностью в еде — быть экологическим? В каком-то смысле «проект урбанизма», если его можно так назвать, идет вразрез с проектом экологии с ее упором на взаимосвязь организмов и окружающей среды — акцентом, который неизменно исключает вмешательство человека.И все же относительно легко представить себе город, который более бережно использует ресурсы, чем это принято в настоящее время, более энергоэффективен в своих повседневных операциях — как гибридный автомобиль. Но достаточно ли этого? Достаточно ли архитекторам, ландшафтным архитекторам и урбанистам просто представить себе будущее своих различных дисциплин с точки зрения проектирования и создания более энергоэффективной среды? Каким бы важным ни был сегодня вопрос об энергии, акцент на количестве — на уменьшении энергии — затемняет его связь с качественной ценностью вещей.

Другими словами, мы должны рассматривать хрупкость планеты и ее ресурсов как возможность для спекулятивных дизайнерских инноваций, а не как форму технической легитимации для продвижения традиционных решений. В более широком смысле проблемы, стоящие перед нашими городами и регионами, станут возможностями для определения нового подхода. Чтобы представить себе урбанизм, отличный от статус-кво, требуется новая чувствительность, способная учитывать и приспосабливаться к неотъемлемым конфликтным условиям между экологией и урбанизмом.Это территория экологического урбанизма.

Три повествования

Вокруг нас есть множество свидетельств того, с какими трудностями мы сталкиваемся. Некоторое время назад в единственном выпуске газеты The Guardian в Соединенном Королевстве случайно были опубликованы три статьи, посвященные фундаментальным вопросам устойчивого развития. 5 Подобные истории сейчас типичны для ежедневного чтения и представляют собой скорее норму, чем исключение.

Первый, написанный канадским политическим журналистом Наоми Кляйн, исследовал связь между вторжением в Ирак и нефтяным бумом в Альберте.«Вот уже четыре года Альберта и Ирак связаны друг с другом своего рода невидимыми качелями, — говорит Кляйн. «В то время как Багдад горит, дестабилизируя весь регион и вызывая резкий рост цен на нефть, Калгари процветает».

Статья Кляйна дает представление о том, как большая территория опустошается в поисках нефти. В Альберте есть «обширные залежи битума — черной, похожей на деготь слизи, смешанной с песком, глиной, водой и нефтью… примерно 2,5 триллиона баррелей этого вещества, крупнейшие залежи углеводородов в мире.«Процессы, связанные с превращением этих битуминозных песков в сырую нефть, сложны и дорогостоящи. Один из способов предполагает добычу открытым способом. Для этого необходимо выровнять большие леса и снять верхний слой почвы, прежде чем огромные специально разработанные машины выкапывают битум и загружают его в самые большие в мире двухэтажные самосвалы. Затем смола химически разбавляется и вращается до тех пор, пока масло не поднимется наверх. Отходы, хвосты, сбрасываются в пруды, которые, по словам Кляйна, больше, чем естественные озера региона.Второй метод включает бурение больших труб, по которым пар проталкивается глубоко под землю, чтобы расплавить гудрон, прежде чем вторая труба проведет его через различные стадии очистки. Оба эти процесса намного дороже, чем обычное бурение нефтяных скважин; они также производят в три-четыре раза больше парниковых газов. Несмотря на это, они стали финансово жизнеспособными после вторжения в Ирак, в результате чего Канада обогнала Саудовскую Аравию в качестве ведущего поставщика нефти в Соединенные Штаты. «Успех» этого предприятия побудил Институт Пембина, некоммерческий аналитический центр, продвигающий решения в области устойчивой энергетики, предупредить об угрозе для области бореальных лесов размером со штат Флорида.Совсем недавно Институт вместе с Ecojustice представил доказательства, документально подтверждающие разрушительное воздействие разработки нефтеносных песков на пресноводные ресурсы Альберты. Масштабы этого опустошения окружающей среды, охватившего землю, воздух и воду — все это благодаря относительно дешевой нефти для потребителей и огромной прибыли для нефтяных компаний — является ярким напоминанием о насущной необходимости для будущих мегаполисов открывать и разрабатывать альтернативные и эффективные способы использования энергоресурсов.

Вторая история связана со строительством высотной резиденции в Мумбаи для одного из богатейших магнатов Индии Мукеша Амбани, председателя крупнейшей в стране частной компании Reliance Group.Здание, названное Антилла в честь мифического острова, по высоте эквивалентно шестидесятиэтажной башне. Помимо размещения Амбани, его матери, его жены, троих детей и 600 штатных сотрудников, в нем есть собственная вертолетная площадка, оздоровительный клуб и шестиэтажная парковка. Предложенный семьей переезд из нынешней резиденции, высотой всего в четырнадцать этажей, получил дополнительный импульс благодаря быстрому росту индийской экономики и кипящему соперничеству между Мукешем Амбани и его братом.По словам Прафула Бидваи, обозревателя местной газеты, цитируемого в статье, «нарастает гнев по поводу таких абсурдных расходов», поскольку разрыв между богатыми и бедными становится непристойным. Даже название этого «дома» предполагает идею отделения и стремление к автономии от остального Мумбаи. Но существует ли такая вещь, как наша «индивидуальная доля» ресурсов, которые могут предложить наши города? Каковы руководящие принципы для оценки воздействия здания на город не только с точки зрения его эстетического вида, но и в отношении его этических характеристик?

Третья история была о создании фильма «Вырасти свой собственный », в котором рассказывается о жизни группы травмированных лиц, ищущих убежища, во время работы на огородах в черте города в Ливерпуле.Фильм был вдохновлен исследованиями психотерапевта Маргрит Рюгг, которая руководит центром поддержки беженцев. Ее опыт показал терапевтические, а также физические преимущества садоводства. «Многие [беженцы] покинули такие места, как Сомали, Ангола и Балканы, при ужасных обстоятельствах», — говорит Карл Хантер, один из продюсеров фильма. «Война лишила их домов, семей и, во многих случаях, их личности. По опыту Маргрит, в замкнутой комнате со столом и стулом беженцы замолкали.Но как только у нее возникла идея дать каждому из них небольшой участок земли, они со временем смогли открыться ей». История этих наделов не ограничивается просто жизнью беженцев, но, в свою очередь, связана с местным сообществом — с напряженностью и конфликтами между людьми разного культурного и этнического происхождения. Ухаживая за своими овощами на приусадебных участках вместе со своими соседями, участники могут скромно и несентиментально создать совместную и продуктивную площадку для общения и интеграции.

Все эти три истории являются гранями множественных реальностей, которые формируются нашими индивидуальными и групповыми действиями в контексте современной городской среды. Взятые вместе, они проливают свет на аргумент Грегори Бейтсона о том, что, в отличие от дарвиновской теории естественного отбора, «единицей выживания является организм плюс окружающая среда». 6 Более широкое изложение идей Бейтсона можно найти в книге Феликса Гваттари «Три экологии» , глубоком, но сжатом проявлении относительного и целостного подхода к нашему пониманию экологических проблем.Этико-политическая концепция «экософии» Гваттари развивается в виде трех экологических «регистров» (окружающая среда, социальные отношения и человеческая субъектность). Как и Бейтсон, Гваттари делает акцент на той роли, которую люди играют в экологических практиках.

И, по его словам, надлежащий ответ на экологический кризис может быть достигнут только в глобальном масштабе, «при условии, что он вызовет подлинную политическую, социальную и культурную революцию, изменяющую цели производства как материальных, так и нематериальных активов. . 7

Один из наиболее важных аспектов аргументации Гваттари касается взаимосвязи между индивидуальной ответственностью и групповыми действиями. Акцент на роли «экософской проблематики» как способа формирования человеческого существования в новых исторических контекстах приводит к предложенной переформулировке «субъекта». Вместо картезианского субъекта, чье бытие определяется исключительно его мышлением, у Гваттари есть «компоненты субъективации», которые взаимодействуют с реальными «территориями существования», то есть с повседневными сферами своей жизни и действий.Эти альтернативные процессы субъективации не укоренены в науке, а вместо этого используют новую «этико-эстетическую» парадигму как основной источник вдохновения.

Позиция Гваттари, разработанная в конце 1980-х годов, представляет собой как критику деполитизированного структурализма/постмодернизма, который «приучил нас к видению мира, лишенного значения человеческого вмешательства», так и этическую и эстетический проект, который способствует «изменению целей производства как материальных, так и нематериальных активов.Такой радикальный подход, примененный к городскому пространству, привел бы к форме практики экологического проектирования, которая не просто принимает во внимание хрупкость экосистемы и ограниченность ресурсов, но рассматривает такие условия как существенную основу для новой формы. творческого воображения.

Город, построенный исторически, больше не живет и практически не понимается. Это всего лишь объект культурного потребления для туристов, для эстетизма, жадных до зрелищ и живописности.Даже для тех, кто стремится понять его с теплотой, его нет. Однако городское остается в состоянии рассеянной и отчужденной действительности, как ядро ​​и виртуальность. То, что воспринимают глаза и анализ на земле, в лучшем случае может сойти за тень будущего предмета в свете восходящего солнца. Невозможно представить воссоздание старого города, только строительство нового на новых основаниях, в других масштабах и в других условиях, в другом обществе. Рецепт таков: не может быть ни возврата (к традиционному городу), ни головокружительного полета, к колоссальной и бесформенной агломерации.Другими словами, для того, что касается города, объект науки не задан. Прошлое, настоящее, возможное не могут быть разделены. Изучается виртуальный объект, который изучает мысль, что требует новых подходов. 2  

Расширяя предположение Гваттари о том, что «экософская проблематика» способна определить новую форму человеческого существования, мы могли бы рассмотреть влияние экологической парадигмы не только на нас самих и наши социальные действия по отношению к окружающей среде, но также и на саму методы мышления, которые мы применяем к развитию дисциплин, обеспечивающих основу для формирования этих сред.Каждая дисциплина обязана постоянно создавать свои собственные условия развития — свою собственную нестабильность, — и сегодня важно признать, что у нас есть уникальная возможность пересмотреть суть дисциплин, которые помогают нам думать о феномене урбанизма: городской планирование и дизайн.

Преобладающие традиции практики проектирования продемонстрировали ограниченную способность как реагировать на масштабы экологического кризиса, так и адаптировать свои устоявшиеся образы мышления.В этом контексте экологический урбанизм можно рассматривать как средство предоставления набора чувств и практик, которые могут помочь улучшить наши подходы к городскому развитию. Это не означает, что экологический урбанизм — это совершенно новый и единственный способ дизайнерской практики. Скорее, он использует множество старых и новых методов, инструментов и техник в междисциплинарном и совместном подходе к урбанизму, разработанному через призму экологии. Эти методы должны учитывать модернизацию существующих городских условий, а также наши планы относительно городов будущего.

Признавая продуктивную ценность отношений между реальностью и этим проектом, методы экологического урбанизма включают обратную связь, которую Анри Лефевр назвал «преобразованием». 8 Возьмем случай Promenade Plantée в Париже, предшественника High Line в Нью-Йорке, где заброшенная железнодорожная линия, часть которой находится на вершине виадука, была преобразована — повторно использована — в городской парк. который пересекает различные условия и перспективы.Учитывая волнистую топографию города, набережная обеспечивает постоянно меняющееся отношение участков к его окрестностям. В результате парк производит иное впечатление от города по сравнению, например, с парижским бульваром. Это достигается за счет обнаружения и построения резких сопоставлений и контрастов, которые включают в себя опыт города с разных линий горизонта.

Этот тип городской переработки остатков промышленного города извлекает выгоду из неожиданного и заданного контекста места, которое необходимо переделать, контекста, далекого от tabula rasa.В этих примерах сайт действует как мнемонический прием для создания нового. Результатом является тип реляционного подхода между местностью, построенным и совместным опытом зрителя. Другими примерами такого типа застройки являются конкурс Downs view в Торонто и район Форума в проекте Северо-восточного прибрежного парка в Барселоне, разработанный Абалосом и Эрреросом, который сочетает в себе инфраструктуру и общественное пространство путем сопоставления комплекса управления муниципальными отходами с новый прибрежный пляж на месте искусственной свалки.

Ориентиром для многих таких современных проектов является незастроенный конкурсный проект Parc de la Villette от OMA. Архитекторы утверждают, что их предложение 1982 года касалось не окончательного парка, а «метода», сочетающего «программную нестабильность с архитектурной спецификой», 9 условие, которое в конечном итоге привело к созданию парка. По сути, дизайн заключался в концептуальном и метафорическом переворачивании на бок секции высотного Атлетического клуба Манхэттена с его разнообразной программой, раскинувшейся не по вертикали, а по горизонтали.Этот процесс также включал переосмысление отношений между архитектурой и ландшафтом посредством подавления трехмерности архитектуры. 10

Также не случайно схема La Villette OMA, в свою очередь, отдает дань уважения другому теоретическому проекту, Broadacre City Фрэнка Ллойда Райта; но в то время как Райт предлагает возделывать поверхность страны, чтобы предоставить индивидууму рассредоточенную и справедливую часть земли, упор OMA на заторы требует объединения — взаимодействия — а не разделения.Broadacre City — это проявление антиурбанистичности, в то время как «парк» OMA накладывает урбанизм на искусственность ландшафта. Процедуры оперативного проектирования, предпринятые OMA — или, если на то пошло, Бернаром Чуми в выбранной и впоследствии построенной версии La Villette — наводят на мысль о возможностях этико-эстетической практики проектирования, объединяющей архитектуру, ландшафтную архитектуру и урбанизм.

Несмотря на эти примеры, можно утверждать, что традиционное деление на архитектуру, ландшафтную архитектуру, планирование и градостроительство по-прежнему необходимо для формирования и накопления конкретных дисциплинарных знаний.Но каждая отдельная дисциплина имеет ограниченную ценность для решения целого ряда и разнообразия современных городских проблем. Подводные камни изолированных действий становятся особенно очевидными в экстремальных условиях самых густонаселенных мегаполисов по всему миру, где гораздо труднее определить дисциплинарные границы. В то время как совместный режим работы между различными областями знаний в области дизайна является обязательным при осмыслении современного и будущего города, междисциплинарный подход экологического урбанизма дает дизайнерам потенциально более плодотворные средства для решения проблем, стоящих перед городской средой.

Еще одной ключевой характеристикой экологического урбанизма является признание масштабов и размаха воздействия экологии, которое выходит за пределы городской территории. Город, при всей его важности, больше нельзя рассматривать только как физический артефакт; вместо этого мы должны осознавать динамические отношения, как видимые, так и невидимые, которые существуют между различными областями более крупной территории городской, а также сельской экологии. Различия между сельскими и городскими непредвиденными обстоятельствами могут привести к неопределенности и противоречиям, требующим нетрадиционных решений.Этот региональный целостный подход с его соответствующими национальными и глобальными соображениями демонстрирует мультискалярное качество экологического урбанизма. Большая часть знаний, необходимых для этого метода проектирования, может быть получена из таких дисциплин, как экологическое планирование и ландшафтная экология, с акцентом на биоразнообразие. Но это должно быть дополнено достижениями из множества других областей, от экономики до истории, от общественного здравоохранения до культурных исследований и (несмотря на предостережения Гваттари) наук.Идеи, найденные на стыке этих дисциплин, в конечном итоге предоставят наиболее синтетический и ценный материал для альтернативных мультискалярных стратегий проектирования.

Визионерский итальянский архитектор и урбанист Андреа Бранци уже много лет отстаивает преимущества иного подхода к городу, не опирающегося на композиционный или типологический подход. Скорее, для Бранци признания заслуживает текучесть города, его способность быть рассеянным и ферментативным по своему характеру.В серии проектов, намеренно стирающих границы между дисциплинами (и обязанных художественной практике не меньше, чем сельскому хозяйству и сетевой культуре), Бранци предложил адаптивный урбанизм, основанный на их симбиотических отношениях. Ключевой особенностью этого типа урбанизма, как и сельскохозяйственной территории, является его способность быть обратимой, развивающейся и временной. Эти качества необходимы в ответ на меняющиеся потребности общества, находящегося в состоянии постоянной реорганизации.В частности, открытые пространства, которые больше не используются во многих городах, таких как Новый Орлеан, могут стать продуктивными зонами, где можно было бы переплести жилые помещения, места работы и места для отдыха. Курирование Бранци городской территории является в некотором смысле формой художественной практики, где параллелизм с сельским хозяйством представлен в очень сознательной манере, полностью осознавающей его эстетические и визуальные качества. Это форма природы, которая сопротивляется натурализму и использует свои ссылки на сельскохозяйственную территорию оперативным и временным образом.

Более конкретно, стирание границ — реальных и виртуальных, а также городских и сельских — предполагает большую связь и взаимодополняемость между различными частями данной территории. Концептуально сродни акупунктуре, вмешательства и преобразования области часто оказывают значительное влияние, выходящее за пределы предполагаемых физических ограничений. Мышление одновременно в малых и больших масштабах требует осознания, которое в настоящее время невообразимо во многих существующих моделях правовой, политической и экономической деятельности.Таким образом, одной из основных задач экологического урбанизма является определение условий управления, при которых он мог бы функционировать, что привело бы к созданию более целостной модели регионального планирования.

Сеть отношений между многочисленными локациями в разных масштабах дает возможность увидеть, как мы могли бы пересмотреть последствия таких событий, как разрастание. Согласно недавнему исследованию, «в Нью-Йорке 47 500 свободных земельных участков общей площадью более 17 000 акров, Нью-Йорк сталкивается с острой нехваткой жилья, а самая быстрорастущая часть района Нью-Йорка находится в горах Поконо на северо-востоке Пенсильвании.Там, вдали от центра города, леса расчищаются под крупные магазины, скоростные дороги и малонаселенные жилые кварталы для пассажиров дальнего следования». 11  Как эта форма жизни в автомобиле влияет на здоровье общества? Один из последствий можно увидеть в вызывающих тревогу темпах увеличения доли американцев с избыточным весом с 24 процентов в 1960 году до 47 процентов в 1980 году и не менее чем до 63 процентов сегодня. Несомненно, проблема ожирения подпитывается продолжающимся развитием жилых сообществ, в которых так много внимания уделяется автомобилям и так мало поощряется ходьба.Другие факторы включают общее отсутствие инвестиций в общественный транспорт в Соединенных Штатах по сравнению с большинством европейских стран, где городская и региональная инфраструктура рассматривается как необходимое условие для граждан.

Эти цифры показывают важность плотности как определяющего критерия экологического урбанизма. Важность долгосрочного планирования вместе с потенциальными преимуществами, а также проблемами более плотных и компактных городов требует гораздо более тесного сотрудничества между государственным и частным секторами.Несмотря на то, что все большее число частных девелоперских компаний по этическим и финансовым причинам в настоящее время поддерживают ценности устойчивости, их заботы часто сосредоточены на технических характеристиках отдельных зданий, а не на большей территории. Таким образом, формулирование долгосрочной государственной политики, определяемой этико-эстетическим принципом, по таким темам, как плотность, использование, инфраструктура и биоразнообразие, потребует большего творческого участия, чем это было нормой в прошлом.

Поскольку государственный сектор занимается эксплуатацией и обслуживанием существующих городов, он несет основную ответственность за рассмотрение альтернативных способов решения этих проблем. Многие прогрессивные города уже имеют активную политику и процедуры устойчивого развития для озеленения городской среды. Но большинство из этих планов в значительной степени прагматичны, с упором на сокращение потребления энергии или добавление зеленых насаждений. Вопрос в том, могут ли такие усилия быть преобразованы подходом экологического урбанизма? Нельзя ли повседневные элементы, потребности и функции города творчески представить новыми и нетрадиционными способами, которые не просто подчинены императивам экологии?

Британский историк архитектуры и критик Рейнер Бэнэм, например, утверждал, что форма города не имеет большого значения, пока она работает.Для него это было особенно актуально в случае с Лос-Анджелесом, который, как он считал, нарушил все правила. Бэнэм блестяще писал и говорил о городе с энтузиазмом серьезного туриста. Его Лос-Анджелес: Архитектура четырех экологий раскрывает логику и зрелищность этого горизонтально расширяющегося мегаполиса. 12 Сегодня трудно представить много других примеров разрастания городов, которые соответствовали бы тому ощущению непостоянства, мобильности и фантастичности, которое давал Лос-Анджелес в конце 1960-х и начале 1970-х (и в некоторой степени сегодня).Но контекстуализация Бэнэмом эволюции Лос-Анджелеса сама по себе является призывом к нашей открытости для неожиданных моделей городского развития — тех, которые оппортунистичны в своих способах практики и использования доступных ресурсов.

В 16 веке у города Рима был амбициозный план, связывающий частную инициативу по поливу обширных садов богатых с обеспечением наружных настенных фонтанов для массы людей: вода была одновременно необходимостью и источником наслаждение, как показано в более поздних проявлениях, таких как фонтаны в Сан-Карло-алле-Кватро-Фонтане или на площади Пьяцца Навона.Это, конечно, так и сегодня, но мы стали более оторванными от удовольствий от воды в наших городах, не обращая внимания ни на ее источники, ни на ее распределение. И эта невидимость, это скрытое качество распространяется и на большинство других ресурсов и сервисов. Можно указать на некоторые современные параллели с римским примером, такие как формирование карманных парков в городе Нью-Йорк или ряд крупных прибрежных застроек, таких как в Балтиморе, Сан-Франциско, Монако, Дубае, Сингапуре и Сиднее. но в целом мы недостаточно используем неожиданные возможности, предоставляемые экологическими практиками, а также расположением, функциями и повседневными операциями по поддержанию наших городов.Наш подход к городу стал более анестезированным, ему не хватает чувства чуда и достижения, которое характеризовало многие городские проекты в прошлом. Мы до сих пор цепляемся за наследие философии Просвещения, которая, например, считала кладбища посреди города нездоровыми и антисанитарными, что-то должно быть изгнано на окраину при первой же возможности.

Учитывая ограниченность пространства, возможно, небезосновательно, что мы делаем то же самое сегодня не только с телами умерших, но и с отходами собственного потребления.Кто на самом деле имеет представление о горах мусора, производимых большинством городов (если только вы не были в Неаполе во время одной из частых забастовок городских рабочих): с глаз долой, из сердца вон. Если мы не видим мусор нашей культуры, как в прямом, так и в переносном смысле, то мы не сталкиваемся с реальностью того, что этот мусор на самом деле говорит о нас. Можно только представить, что в Нью-Йорке, с его огромным аппетитом к фаст-фуду и еде на вынос, соотношение между потреблением и отходами может дать пугающую статистику.Но эту взаимосвязь можно рассматривать и как этико-эстетический, культурный и экологический проект, возможность, основанную на рассмотрении мусора как меры того, кто мы есть, а не как еще одну трудность, помеху, которую нужно преодолеть технически. Мы должны найти новые способы не только решения проблем обращения с отходами и их переработки, но и более криминалистического подхода к мусору, для выявления следов, подсказок того, что мы делаем с собой. Какие продукты мы потребляем, например, и каким образом?

Мы уже стали свидетелями растущего интереса к новым способам производства продуктов питания ближе к городам и внутри них.Глобальная транспортировка и распределение продуктов питания дополняется большим количеством местных производителей, чьи фермерские рынки создают временные события во многих городах. Но в некоторых местах, таких как Гавана, городские наделы и другие формы продуктивных городских ландшафтов возделываются в более крупномасштабных и коммерческих целях, чем когда-либо прежде. Эти разработки дают возможность проектирования таких ландшафтов как продолжения городской территории — отчасти как новых форм общественного пространства. Детройт, пример сокращающегося города, был местом различных экспериментов по городскому сельскому хозяйству на постоянно расширяющейся территории между остатками его жилой застройки.Можно также представить себе, что такой город, как Новый Орлеан, опустошенный ураганом «Катрина» и имеющий мало шансов на масштабную реконструкцию в ближайшее время, созрел для такого проекта — для урбанизма, который может охватить обширные площади малонаселенной территории с производительными и другими формирует биологически разнообразные городские ландшафты так же эффективно, как и те районы, которые все еще населены устойчивым сообществом. Эти пространства также несут в себе потенциал для социального взаимодействия и исцеления, что, по-видимому, не отличается от примера с дачными садами в Ливерпуле.

Тем не менее, гораздо более распространенными, чем сокращение городского населения, являются примеры резкого роста, особенно в азиатских городах, в соответствии с утроением населения мира только за последнее столетие. Темпы роста населения во многих городах настолько велики, что обычные методы планирования не в состоянии реагировать на их быстрые темпы трансформации. Задача экологического урбанизма состоит в том, чтобы найти способы эффективного реагирования на эти условия. Хотя в некоторых случаях, таких как фавел Рио-де-Жанейро или рынки Лагуша, эти города могут выстраивать свою собственную неформальную производственную логику, тем не менее они могут извлечь выгоду из крупномасштабных стратегий, которые не только учитывают воздействие на окружающую среду быстрой урбанизации, но также обеспечить необходимые ресурсы и восстановительные меры для благополучия и отдыха граждан. 13 Эти стратегии имеют давнюю традицию, восходящую к началу прошлого века и работам Патрика Геддеса, который выступал за экологический подход к планированию больших городов. Точно так же экологический урбанизм может реагировать и трансформировать другие критерии, которые влияют на города и формируют их, такие как география, ориентация, погода, загрязнение, звук и запах.

Точно так же, как географическая ориентация часто определяет процветание городов, она, вместе с другими факторами, может приводить к большой степени изменчивости в определении экологических или городских практик.Например, в случае с африканскими городами, по данным Абду Малика Симоне:

.

Хотя ясно, что реализация структурированных планов, программ развития и рационального принятия решений требует экономической поддержки и политической воли, которой часто не хватает в бедных обществах, очевидная временность африканской городской жизни также маскирует степень, в которой жители извлекают выгоду из некоторых самые элементарные грани самой «городской жизни»… В то время как дискурсы планирования в основном сосредоточены на определении, закреплении и артикуляции данной позиции по отношению к другим, городская игра для многих африканцев состоит в том, чтобы стать узлами притяжения, которые привлекают внимание, не стоя на месте. и отстаивания ниш, а умением «появляться», заставлять себя присутствовать, независимо от обстоятельств, в своего рода социальной распущенности. 14

«Неформальность» многих африканских городов указывает на важность и ценность участия и активного планирования со стороны граждан. Этот тип восходящего, «экстратерриториального» урбанизма, развивающийся вне традиционных правовых и нормативных рамок, часто приводит к новым и оригинальным решениям городской жизни. Это неизменно также порождает серьезные проблемы, такие как низкий уровень здоровья и гигиены. Можем ли мы не включить уроки, извлеченные из неформального и временного характера этих городов, в наши планы на будущее? Экологический урбанизм должен обеспечить необходимую и освобождающую инфраструктуру для альтернативной формы урбанизма, которая объединяет преимущества восходящего и нисходящего подходов к городскому планированию.

То, что является стандартной нормой или ценностью в некоторых частях Африки, может быть неприемлемым или необычным в других местах. Традиции, например, роста исламских городов не привели к единой и идентифицируемой модели городского развития. Скорее, они сильно зависели от переменных местных условий, таких как климат и материалы. Несмотря на подводные камни ностальгии, неравномерное развитие большей части региона Персидского залива сегодня с его фетишизмом в отношении объекта невыгодно отличается от принципов и чувств более ранних традиций.Необходимость дифференциации требует, чтобы экологический урбанизм не принимал форму фиксированных правил, а продвигал ряд гибких принципов, которые можно адаптировать к обстоятельствам и условиям конкретного места. Вместо искреннего использования навязанной, импортированной формы планирования незападные нации выиграют от более тщательного пересмотра условий, обрядов и прогрессивных социальных отношений, которые более или менее специфичны, но не ограничиваются их регионом. Сегодня мы сталкиваемся с ситуацией, когда происходит стирание дифференциации и поразительная степень кажущейся одинаковости условий и обстоятельств, связанных с развитием городов в различных частях мира.

Грегори Бейтсон писал около сорока лет назад как о необходимости гибкости, так и о трудностях ее достижения. 15 Для Бейтсона поддержание гибкости — идей, систем и действий — было похоже на канатоходца: чтобы оставаться на канате, вы должны постоянно переходить от одного состояния нестабильности к другому, корректируя определенные переменные на этом пути. (в случае канатоходца — положение рук и темп движения). Но мастерство акробата также растет благодаря практике и повторению — тому, что Бейтсон называет «экономией гибкости».Это описывает набор практик, которые сохранились благодаря многократному использованию и приходят на ум спонтанно, без особого самоанализа. И именно динамическая взаимосвязь между гибкостью и сформировавшимися привычками — привычками, которые должны быть открыты своим собственным условиям нестабильности и изменения, — порождает экологию идей как эволюционный процесс. Производство этих экологий и экологического урбанизма зависит как от определенных традиций практического знания, так и от гибкости реагирования на множество сетевых физических и нефизических переменных.

Некоторые дизайнеры уже показали, как это может работать на практике. Французский архитектор Жан Реноди, например, разработал архитектуру социального жилья в 1960-х и 1970-х годах, которая вместо типичного анонимного многоэтажного дома была основана на плотном, органическом расположении кластеров зданий. Эти здания как на юге Парижа, так и на юге Франции представляют собой радикальный, дальновидный отход от модернистской идеи «экзистенциального минимума», которая со временем стала испорченной и педантичной.Реноди спроектировал свои здания в соответствии со сложной геометрической моделью, которая уделяла столько же внимания открытым площадкам — террасам и садам между квартирами, — как и самим квартирам. Поначалу такая новаторская забота и внимание к дизайну жилья для малоимущих подвергались критике со стороны потенциальных жителей, которые утверждали, что дизайн Реноди не соответствует духу рабочего класса. Сегодня, конечно, здания представляют собой желаемое сообщество жилых домов со смешанным доходом.Сами здания также являются одним из лучших примеров использования природы в высотном контексте. Их организационная структура демонстрирует преимущества гибкости и разнообразия отношений между внутренним и внешним, а также их неотделимость от политики.

Сегодня не город, а лагерь является фундаментальной биополитической парадигмой Запада. 3

Совсем недавно президент Франции Николя Саркози объявил о плане создания нового устойчивого Большого Парижа, территории, которая, по словам Саркози, принадлежит не одной партии или группе, а всем.Несмотря на политический подтекст его намерений, идея Парижа как экологически чувствительного и интегрированного экономического региона, способного объединить город с его обветшалыми пригородами и за его пределами, является одним из самых амбициозных градостроительных проектов последних лет. Чтобы изучить эту повестку дня, ряд архитекторов, ландшафтных архитекторов и урбанистов попросили рассмотреть Париж как устойчивый город для посткиотской эпохи. Несмотря на индивидуальные достоинства, проекты, представленные этими командами и представленные на выставке l’Institut français d’architecture, представляют собой конкретные примеры того, что можно сделать.Ранний упор на проекты, а не на политику, является признанием ценности проективных возможностей для физического развития региона. Этот тип спекулятивного дизайна является необходимой предпосылкой для проведения радикальной политики, встроенной в образные и предвосхищающие формы пространственной практики. Ключевой особенностью общего плана является его сосредоточенность на прагматических потребностях и высвобождении потенциала мобильности и инфраструктуры путем предложения создания автоматизированной железнодорожной системы протяженностью 90 миль (145 км), которая окружила бы Париж, соединяя его деловые центры и пригороды. а также предоставление дополнительных ссылок в центр города.В контексте беспорядков 2005 г. налаживание более тесных связей между пригородами и городом станет шагом к большей социальной мобильности. Частично отсутствие связи между трущобами социального жилья делает их изолированными «лагерями», жители которых «заточены» на большей территории. Сможет ли этот проект выжить в своих экономических и политических реалиях (кто будет его финансировать? кто будет управлять новой метрополией?) еще неизвестно.

Этико-эстетическое измерение экологического урбанизма, определяемое регистрами ментальной, социальной и экологической экологии, непосредственно связано с артикуляцией интерфейса, лиминального пространства между городским и политическим.В отличие от некоторых других форм возрождения, таких как движение «Красивый город» в прошлом или «новый урбанизм» сегодня, этот подход не опирается на образ, социальную однородность и ностальгию как на основные источники вдохновения, а скорее признает важность город как необходимое место конфликтных отношений. Политический философ Шанталь Муфф проводит ценное различие между «политическим» и «политикой». Она говорит, что под «политическим» я подразумеваю измерение антагонизма, которое я считаю конститутивным для человеческих обществ; тогда как под политикой я подразумеваю набор практик и институтов, посредством которых создается порядок, организующий человеческое сосуществование в контексте конфликта, обеспечиваемого политическим.Следовательно, только тогда, когда мы признаем политическое в его агональном измерении — потенциальных преимуществах определенных форм конфликта, — мы можем приступить к решению центрального вопроса демократической политики. 16

Это также означает, что мы должны уделять больше внимания роли города как поставщика пространств различия и несогласия. Однако несогласие заключается не в споре, а в том, что спорят, — в наличии или отсутствии общего объекта или идеи между участниками.Согласно этой точке зрения, довольно наивно, чересчур оптимистично и в конечном счете ограничивающе ожидать общества полного консенсуса и согласия. Удовлетворение городской жизни отчасти состоит в удовольствии участия в разнообразии пространств другого. И именно физическое пространство обеспечивает необходимую инфраструктуру для альтернативных и демократических форм социального взаимодействия. Как настаивает Муфф, «вместо того, чтобы пытаться создавать институты, которые с помощью предположительно беспристрастных процедур примиряют все интересы и ценности, цель всех, кто заинтересован в защите и радикализации демократии, должна состоять в том, чтобы способствовать созданию ярких, агонистических общественных пространств. где можно было столкнуться с различными гегемонистскими политическими проектами. 17

Политика вращается вокруг того, что видно и что об этом можно сказать, вокруг того, кто имеет способность видеть и талант говорить, вокруг свойств пространств и возможностей времени. 4

Точно так же цель вовлечения новых субъектов и коллективов в рамки экологического урбанизма состоит в том, чтобы создать больше возможностей для социальной и пространственной демократии. Признавая значение агонального плюрализма, горожане также должны будут выйти за рамки чисто политического, признав этическое и справедливое.Для Славоя Жижека: «В этом точном смысле этика является дополнением к политическому: не может быть политического «принятия какой-либо стороны» без минимальной ссылки на некую этическую нормативность, которая выходит за пределы сферы чисто Политического»18. Третьи предупреждали. нам о последствиях чрезмерного акцента на этике, а не на законе и политике. Жак Рансьер аргументировал это в случае с Гуантанамо — еще одним примером современного лагеря — как «парадоксальную конституцию абсолютного права человека, права которого, по сути, были абсолютно отвергнуты.” 19

Концепция экологической этики Гваттари по своей сути является политическим проектом, направленным на противодействие глобальному господству капитализма. Недавний финансовый кризис со всеми его последствиями указывает на постоянную потребность в методологическом переосмыслении нашего современного космополитического состояния. 20 В этом контексте мы должны разработать эстетические средства — проекты, — которые предлагают альтернативные, вдохновляющие и пластичные чувства для наших этико-политических взаимодействий с окружающей средой. 21 Эти проекты также создадут сцену для беспорядка, непредсказуемости и нестабильности городов и, в свою очередь, для более справедливого и более приятного будущего. Это и вызов, и перспектива экологического урбанизма.

Что должен знать каждый эколог об экологии городов? — Природа городов

Каждый месяц мы проводим глобальный круглый стол, на котором группа людей отвечает на конкретный вопрос из «Природы городов».

О писателе:


Тимон Макферсон

Доктор Тимон Макферсон работает с дизайнерами, планировщиками и местными органами власти над созданием устойчивых, устойчивых и справедливых городов. Он является адъюнкт-профессором городской экологии и директором лаборатории городских систем в Новой школе и научным сотрудником Института исследований экосистем Кэри и Стокгольмского центра устойчивости.

Введение

Экология антропоцена

За последние пару десятилетий городская экология расширилась как крупная глобальная междисциплинарная область, продвигающая биоразнообразие, устойчивость и фундаментальные экологические исследования в контексте городов и урбанизации.Оставила ли городская экология свой след в области экологии в целом, учитывая все эти накопленные знания?
В некоторых наиболее важных рецензируемых экологических журналах и в социальных сетях кажется, что даже самые основные концепции городской экологии еще не оценены или не включены в более широкую экологическую дисциплину. Например, прошло 25 лет с тех пор, как была опубликована книга «Человек как компоненты экосистем », и все же многие экологи до сих пор не рассматривают человека как часть того, как мы определяем и изучаем природу, несмотря на тот факт, что каждая экосистема на Земле подвержена влиянию, и оказывает влияние на людей.

High Line в Нью-Йорке. Фото: Дэвид Мэддокс

В ноябре 2017 года Nature Ecology and Evolution опубликовали крупный обзор в области экологии под названием «100 статей, которые должен прочитать каждый эколог» (к сожалению, за платным доступом). Следует отметить, что этот список стал результатом обширного опроса экологов. Тем не менее, многие экологи во всем мире возражали против отсутствия гендерного и расового разнообразия и общего отсутствия инклюзивности (см. здесь, здесь и здесь).В этих академических дискуссиях заметно отсутствовало признание основного вклада городской экологии в то, как мы понимаем, управляем и планируем экосистемы на нашей городской планете.

Напрашивается вопрос: каким должен быть список для чтения по дисциплине экологии в антропоцене? Но мы забегаем вперед.

Никто не оспаривает, что 100 статей, перечисленных в Nature Ecology and Evolution , важны для истории экологии. Действительно, каждый должен прочитать эти статьи.Но подходит ли этот список из 100 статей для понимания экологии сегодня? Есть и другие статьи, которые следует включить в список для чтения, чтобы получить полное представление о современной экологии. Альтернативный вариант подсказки «ключевого чтения» может быть таким: какие 100 работ должен прочитать каждый эколог, чтобы понять экологию сегодня, в антропоцене? Социальная экология, биофилия, справедливость, бедность, гендер, ценности, глобальный Юг, дизайн, изменение климата, политика; это лишь некоторые из тем, которые сегодня являются основным материалом для понимания широкой науки об экологии. Эти темы в основном отсутствуют в списке 100 статей.

А еще, конечно, не хватает городской экологии.

Как оказалось, городская экология обычно включает вышеупомянутый список дополнительных тем: социальная экология, биофилия, правосудие, политика и так далее. Как городская экология продвигает современное состояние экологии в целом? Это углубляет наше понимание того, как устроен наш нынешний мир, как он может работать лучше, и закладывает основы для того, чтобы направить это знание на решение насущных проблем антропоцена, как городских, так и негородских.

Мы попросили разнообразную группу помочь нашим коллегам-экологам, живущим за пределами городов, понять некоторые из наиболее важных вкладов городской экологии в развитие экологии. Мы задали им этот вопрос: Что каждый эколог должен знать о городской экологии? (Мы попросили их также предложить чтение — начало списка для чтения.)

Попутно расширим понятие «экология».

О писателе:


Дэвид Мэддокс

Дэвид любит городские пространства и природу.Он любит творчество и сотрудничество. Он любит театр и музыку. В своей жизни и работе он практиковался во всем этом.

О писателе:


Пиппин Андерсон

Пиппин Андерсон, преподаватель Кейптаунского университета, африканский эколог-урбанист, которому нравится неопрятность городов, где общество и природа должны процветать вместе. ПОЛНАЯ БИО

Пиппин Андерсон

Думать, что можно закрывать глаза на роль различного химического состава почв, атмосферных условий или значительного социального присутствия в городах при изучении экологии этих пространств, наивно.

Экология в городах всегда отличается от своего сельского аналога, и в результате часто требует более творческого подхода к пониманию. Я думаю, что до тех пор, пока экологи пытаются проводить чисто экологические исследования в городах, упуская из виду присутствие и роль больших человеческих популяций, которые определяют эти районы, их выводы всегда будут проблематичными. Есть замечательная статья Эммы Маррис, Ragamuffin Earth , в которой она представляет анализ рецензируемых журнальных статей и экологов-экологов, которые на самом деле работают в городах или в непосредственной близости от них, но не в состоянии взаимодействовать со значительными водители, относящиеся к городам ( https://www.nature.com/news/2009/0

/full/460450a.html). Думать, что можно закрывать глаза на роль различного химического состава почвы, атмосферных условий или значительного социального присутствия в городах при изучении экологии этих пространств, наивно.

Экологи, получившие традиционное образование, и под этим я подразумеваю тех, кто обучен чистой экологической теории и методам и «вырос» в нетронутой среде, часто сталкиваются с трудностями в городском контексте. Здесь проблем предостаточно. Референтные сайты часто отсутствуют, размер выборки и тиражирование ограничены городской формой, доступу и выборке препятствуют безопасность или проблемы социального недоверия.Полевые работы включают в себя поиск собак по стенам и заборам, а также расчет бюджета на тот факт, что по крайней мере часть полевого оборудования, вероятно, пропадет или подвергнется актам вандализма. Экологическое исследование в городах требует некоторого индивидуалистического отношения. Это ни в коем случае не означает, что можно отказаться от основополагающих требований хорошей науки, но необходимо использовать творческий и адаптивный подход. Кроме того, эколог, работающий в городе, должен быть готов взаимодействовать с людьми. По крайней мере, доступ, а также социальные идеи и представления, а также взаимодействие с землеустроителями — все это части изучения городской экологии.В дополнение к этим более формальным занятиям, любая зеленая зона в городе, вероятно, порождает любопытных горожан, бездомных и хитрых детей.

Это все элементы, которые должны быть задействованы или, по крайней мере, предвидены, и, если они встречаются, перемещаться. На мой взгляд, именно эти элементы делают городскую экологию увлекательной и удерживают нас в пространстве для обучения; сопротивляться упрямым воззрениям и мантрам. Возможно, конечно, что в городах могут быть кусочки земли, где система работает так, как это было до заселения города, и в этом случае это была бы фантастическая находка.Но я все же утверждаю, что даже если вы провели экологическое исследование в городе и продемонстрировали, что система была полностью нетронутой или оригинальной по своей природе, ваше исследование все равно должно было сначала задать вопрос: «Похож ли этот городской остаток на его сельский аналог?» Исследование должно включать все соответствующие городские аспекты, чтобы иметь возможность действительно уверенно заявить, что на эту систему не влияет множество городских водителей. В этот момент еще одним интересным вопросом будет «почему?» и в этот момент вы снова возвращаетесь к исследованию городской экологии!

Рекомендуемое чтение:
Маррис, Э.2009. Экология: Земля оборванцев. Природа 460: страницы 450-453. https://www.nature.com/news/2009/0

/full/460450a.html

Об авторе:


Эрик Андерссон

Эрик Андерссон работает адъюнкт-профессором в области устойчивого развития в Стокгольмском центре устойчивости.

Эрик Андерссон

Экология основана на социальной динамике, и любой, кто интересуется чем-то большим, чем экологические результаты, должен использовать подход человека в природе для понимания экологической динамики.

Одна вещь? Ради разнообразия я выберу одну из многих вещей, с которыми, по моему мнению, будет полезно ознакомиться тем, кто интересуется экологией и ее местом в наших городах. Мне всегда нравились ландшафтные подходы, особенно когда они применялись к культурным ландшафтам (и да, города определенно являются культурными ландшафтами) — они часто сочетают твердую экологическую теорию с приложением, в котором люди и их деятельность являются неотъемлемой частью. Важно понимать как процессы, вызывающие изменения, так и последствия возникающих паттернов — и это в идеале в масштабе, когда мы можем пытаться влиять на вещи (всегда привлекательные для тех из нас, кто больше ориентирован на действия).

На данный момент я бы предложил две публикации: R.T.T. Форман Мозаика Земли 1995 года. Он предлагает прочную основу для движущих сил изменений и моделей, которые они создают, а также последние ключевые принципы для оценки экологических результатов. Экология определяется социальной динамикой, и любой, кто интересуется чем-то большим, чем экологические результаты, должен использовать подход человека в природе к пониманию экологической динамики. Понимание этого кумулятивного эффекта множества, иногда сложных, факторов необходимо, если мы хотим разобраться в наших городах.И, возможно, сделать их лучше.

Рекомендуемое чтение:
Форман, Р. Т. Т. (1995) Наземные мозаики . Кембридж, Великобритания: Издательство Кембриджского университета.

Об авторе:


Марк Барра

Марк Барра работает экологом в Региональном агентстве биоразнообразия Парижского региона во Франции, в Институте планирования и городского развития Иль-де-Франс. Он особенно интересуется городской экологией и решениями по интеграции биоразнообразия в масштабах города, района и здания.

Марк Барра

Экология города — это возможность воссоединить человека с природой.

Несмотря на предупреждения о состоянии здоровья планеты, экология не получила признания и вряд ли известна как самостоятельная дисциплина. Кроме того, в сообществе экологов городская экология изо всех сил пытается найти место. Но я считаю ее одной из самых перспективных дисциплин в нашем веке, когда почти 50% населения проживает в городах, а урбанизация сильно влияет на биоразнообразие.

Единственное, что каждый эколог должен знать о городской экологии, это то, что она дает экологии — часто воспринимаемой негативно — конкретный проект и полезные приложения для людей. У городской экологии есть потенциал для примирения городов и их жителей с биоразнообразием. Городская экология предоставляет нашему обществу решения для улучшения здоровья и улучшения условий жизни. Мне нравится городская экология, потому что она экспериментальная, потому что она требует междисциплинарных знаний, потому что она неопределенна и в то же время это экология «без сожалений»: увеличение биоразнообразия и восстановление экосистем не может быть хуже, чем бездействие! Городская экология черпает вдохновение в природе: мы говорим «природные решения» для сохранения, восстановления и управления функциональной экосистемой, чтобы смягчить изменение климата и адаптироваться к его последствиям (бури, наводнения, засуха, аномальная жара).

Городская экология имеет широкий спектр применения от масштабов здания до целого города. Городской эколог может работать вместе с городскими садовниками над созданием экологически спроектированных и управляемых зеленых насаждений (отсутствие пестицидов, запрет на покос и т. д.). Городские экологи также работают с градостроителями и урбанистами, чтобы найти место для экологических коридоров в планировочных документах. На районном уровне застройщики и городские экологи разрабатывают множество решений для создания «городов-губок», используя почвы в качестве естественных фильтров, а также биозалежи, дождевые сады или бассейны для фитоочистки.У нас под ногами стоит задача восстановления городских почв. Многие исследовательские проекты пытаются понять роль городских почв и поощряют политику «разрушения» или фиторемедиации загрязненных почв. Городское сельское хозяйство в общественных садах также дает возможность улучшить природные пространства, даже возделываемые, в городских районах. На уровне зданий за последние несколько лет появился широкий спектр решений для продвижения зеленой архитектуры: зеленые крыши и зеленые жилые стены становятся умными решениями для увеличения биоразнообразия при одновременном снижении воздействия городского тепла и накоплении большего количества дождевой воды.Некоторые исследователи пытаются понять, как эти новые экосистемы могут способствовать восстановлению экологической связи в городах, а также стать новыми местами обитания диких животных.

Одной из задач умных зеленых городов является переход от серой к зеленой инфраструктуре. До сих пор города всегда использовали методы гражданского строительства, в значительной степени основанные на «серых» системах, которые потребляют много невозобновляемых ресурсов и выделяют загрязняющие вещества (CO2, NOx), связанные с изменением климата. Зеленая инфраструктура, основанная на знаниях в области городской экологии, уменьшила воздействие на окружающую среду и стала рентабельной.

Экология города — это возможность воссоединить человека с природой. В ближайшие годы гражданские научные программы или совместные мероприятия должны сыграть важную роль в городах для успеха городской экологии.

Рекомендуемое чтение:
Душа, Ю., С. Баро, Ю. Крепил, Дж.-К. Лата, Л. Аббади и X. Рейно. 2017. На многофункциональность влияют взаимодействия между видами растений для зеленых крыш, глубиной субстрата и типом субстрата. Экол Эвол .7:2357–2369. https://doi.org/10.1002/ece3.2691

Об авторе:


Натали Блан

Натали Блан работает директором по исследованиям во Французском национальном центре научных исследований. Она является пионером экокритики во Франции. Ее недавняя книга «Форма, искусство и окружающая среда: участие в устойчивом развитии» Routledge в 2016 году.

Натали Блан

Наше прочтение городской экологии основано на том, как акторы рассматривают окружающую среду в соответствии с политическими, научными и, в большей степени, культурными предписаниями.

Со времен Рио-де-Жанейро в 1992 году городская экология развивалась в три этапа: первый шаг был построен вокруг идей трансверсальности общественных действий и исследований, направленных на решение сложных проблем и системного мышления. Затем государственная политика и городская политика были разделены на секторы, вплоть до разработки специализированных и несквозных действий. Исследования сосредоточены на экологических проблемах с точки зрения решений. Сегодня мы наблюдаем третью фазу общественных действий в вопросах окружающей среды с ретерриторизацией вопросов и способов управления вокруг управления территориями.Это, прежде всего, эксплуатация городской природы, рассматриваемая в большинстве случаев прежде всего в продуктивном отношении. Природа задействована в работе, будь то очистка сточных вод, урожайность сельскохозяйственных культур или озеленение крыш, и это лишь несколько примеров. Таким образом, природа призвана оказывать услуги. Это видение забывает об экосоциосистемной сложности человеческой и нечеловеческой жизни.

По правде говоря, мы можем говорить о «замыкании», когда речь идет об экологии города: набор сочлененных рабочих режимов замыкает траекторию, обрекает на незначительность любую возможность создания других отношений (Stengers, 2014).Таким образом, если кажется, что образ жизни принимается во внимание, несмотря на перспективные работы, они часто не совпадают с нынешним предпочтением техноцентричных решений в городском планировании и лишь в незначительной степени затрагивают более широкие вопросы общества, выходящие за рамки потребностей отдельных лиц и потребителей. . Как усилить динамику движения к адаптации популяций, коллективов и индивидуумов? Как принять во внимание бесконечно малые выборы, из которых сплетаются обычные жизни, в смысле создания экологической трансформации? Наконец, как можно объяснить динамику распределения «действий», то есть способности действовать, среди элементов природы-культуры, будь то растения, животные или элементы субстрата? Наше прочтение городской экологии основано на том, как акторы рассматривают окружающую среду в соответствии с политическими, научными и, в большей степени, культурными предписаниями.

Предлагаемая литература на французском и английском языках:
Изабель Стенгерс, Une autre science est возможно! Manifeste pour un ralentisment des Sciences, Париж, Les empêcheurs de penser en rond – La Découverte, 2013.

Брайдотти, Р. 2013. Постчеловек. Кембридж: Polity Press.

Об авторе:


Маркус Коллиер

Маркус занимается вопросами устойчивого развития, и его исследования охватывают широкий спектр взаимосвязей человека и окружающей среды, экологических рисков и устойчивости, междисциплинарных методологий и новых экосистем.

Маркус Кольер

Урбанизированные новые экосистемы, изобилующие множеством видов, адаптированных к городским условиям, ускользнувшими садовыми растениями, остатками прошлого и необычными ассоциациями видов, довольно много говорят нам об экологических процессах в целом.

Существует так много вещей, которые экологи еще не знают об экологии городов, не в последнюю очередь из которых является очень реальная вероятность того, что больше нет различия между тем, что является городским, и тем, что нет! Городской ландшафт сам по себе является экосистемой, в которой есть разнообразные места обитания, не слишком отличающиеся по форме и функциям от их более диких, отдаленных аналогов.Можем ли мы провести различие между городским и урбанизирующим? Но это обсуждение для другого дня!

Лично я люблю городскую среду обитания и урбанизированные/урбанизированные виды. Они действительно устойчивы; быстро и эффективно адаптировавшись к неумолимому, тревожному темпу человеческого прогресса. Мы слышим о новых, беспородных, гибридных, случайных, незапланированных, заброшенных местах обитания. Мы слышим о случайных открытиях редко встречающихся видов и бедствиях слишком часто наблюдаемых видов. Мы восхищаемся, увидев в городах определенные культовые виды, которых нет в дикой природе, и осуждаем многих других.Городская экология раздражает, потому что она наполнена эмоциями, мнениями, ценностями и страхами. Городская экология — это перевернутый мир контрастов. Хотя ученые часто соглашаются с тем, что проводить городские исследования сложно (в любой области, не только в экологии), они также могут быть очень показательными, а иногда и замечательными.

Для меня каждый эколог должен знать о городской экологии то, что урбанизированные, новые экосистемы, изобилующие изобилием адаптированных к городским условиям видов, сбежавших садовых растений, остатков прошлого и необычных видовых ассоциаций, говорят нам довольно много о экологические процессы в целом.Однако, возможно, они идут дальше и рассказывают нам гораздо больше о нас самих, нашем обществе, наших сумасшедших ценностях, наших взглядах и эмоциях, а также о том, что мы считаем прогрессом. Городская экология изучает палимпсест. Он дает нам проблески прошлого, снимки далекого и потенциальные направления для будущего.

О писателе:


Пол Даунтон

Основатель организации Urban Ecology Australia и признанный «пионер экогорода» Пол и соучредители являются пионерами Института дизайна Ecocity.Пол также работает над художественным/издательским проектом, который скоро появится на ближайшем к вам краудфандинговом сайте!

Пол Даунтон

В городской экосистеме есть мозги

Городская экосистема представляет собой спроектированную систему и пример расширенной физиологии в очень большом масштабе.

Трудно испытывать чувство оптимизма в отношении наших городов, когда времена таковы, что «Знать о чудесах живой планеты — значит брать на себя невыносимое бремя горя.Городской мир чаще рассматривается как беда на планете, чем чудо, и предлагает бесчисленные примеры обременительного человеческого поведения, но если мы не можем раскрыть красоту и цель в его экологии Франкенштейна, то как мы можем надеяться разместить наши города «в баланс с природой»? Люди в настоящее время коллективно являются одной из крупнейших сил в биосфере, и нигде наше извращенное применение этой силы не проявляется так очевидно, как в морфологии и метаболизме наших городских систем.

Первый закон экологии Барри Коммонера состоит в том, что «все связано со всем остальным», и это одно из тех утверждений об очевидном, которое не было очевидным для многих людей, пока он не сказал это.Другим очевидным фактом, который не имеет ничего общего с той же степенью знакомства, является связанная (конечно) идея о том, что искусственная среда является продолжением человеческой физиологии точно так же, как термитники являются продолжением физиологии термитов. Где кончается организм и начинается среда? В The Extended Organism Дж. Скотт Тернер описывает, как структуры, созданные животными, являются «агентами, с помощью которых организмы адаптивно изменяют потоки материи и энергии в окружающей среде.И как такие структуры, как термитники, которые преобразуют энергию ветра для обслуживания своих колоний термитов, являются примерами организмов, кооптирующих окружающую среду «в физиологию, которая выходит далеко за пределы их условно определенных границ». Что и делают люди. Это то, что делают наши города. Люди изменяют окружающую среду, чтобы сделать ее более подходящей для человека. Способность укрыться является фундаментальным требованием для выживания человека. Социальным существам, таким как люди, гораздо легче строить убежище вместе, чем поодиночке.Даже если бы человек мог построить полезное убежище своими собственными усилиями, он все равно полагался бы на коллективно созданные знания и, скорее всего, коллективно разработанные и изготовленные инструменты. Самое простое человеческое поселение является результатом сложных взаимодействий между несколькими людьми, а конечным результатом их усилий является средство кооптации и изменения окружающей среды для повышения их шансов на выживание.

При рассмотрении экологии городских систем, возможно, следует учитывать, что любое человеческое поселение в основном связано с расширением возможностей и устойчивости человеческой физиологии с помощью средств окружающей среды, а наша современная городская экология представляет собой экстраординарные, но ошибочные попытки поддержания гомеостаза для поддержания жизни.

В Сообщник ремесленника Тернер продолжает свое исследовательское мышление, чтобы показать, «как дизайн возникает из самой жизни». Через некоторое время вы начинаете понимать, что стремление человека к дизайну может быть эволюционным результатом базовой потребности изменить окружающую среду, чтобы выжить. Я не могу выделить какую-то конкретную статью, в которой исследуется эта идея, но я бы сказал, что каждый эколог должен знать одну вещь: городская экосистема — это спроектированная система и пример расширенной физиологии в очень большом масштабе.Теперь, когда это человеческое устройство влияет на всю планету, становится ясно, что, поскольку сознание и склонность людей создавать и манипулировать окружающей средой для собственной выгоды являются неотъемлемой частью функционирования городских экосистем, они должны быть постоянным предметом беспокойства для любого эколога.

Рекомендуемая литература:
Тернер, Дж. Скотт. 2010. Сообщник ремесленника: как дизайн возникает из самой жизни. Издательство Гарвардского университета. 304 страницы. http://www.hup.harvard.edu/catalog.php?isbn=9780674057531

Об авторе:


Ана Фагги

Ана Фагги также является деканом Школы экологической инженерии Университета Флореса, Буэнос-Айрес, Аргентина. Ее исследования и преподавание были сосредоточены на региональной экологии, особенно на восстановлении и сохранении биоразнообразия.

Ана Фагги

Основная цель городской экологии — сделать города более пригодными для жизни и экологически устойчивыми, но это непростая задача, поскольку социальная сфера всегда имеет решающее значение.

При урбанизации территории происходят важные преобразования в почвах, климате, водоемах и местной биоте. Пока что нет ничего нового для эколога, который понимает, что любое биотическое или абиотическое нарушение может вызвать изменения в геохимических циклах и сообществах видов.

Последствия разрастания городов для устойчивости городской экосистемы долговременны и в большинстве случаев необратимы, точно так же, как это происходит в природе: подумайте о разрушительном воздействии, которое ураган или разрушительный пожар может оказать на прибрежную экосистему или на лес.

Большинство теоретических концепций классической экологии, касающихся популяций, сообществ, экосистем и ландшафтов, применимы к городам; от жизнеспособности, теории ниш, зависимости от плотности, последовательности, межвидовых отношений, появления и исчезновения видов, промежуточных нарушений до теории островов, краевых эффектов, коридоров, значения неоднородности среды обитания и даже трагедии общин.

Но городская экосистема особенная. Она состоит из физической, экологической и социальной сфер.В городе люди являются доминирующим видом. Их решения в области городского планирования и управления могут затруднить достижение различными компонентами нового экологического баланса. Города различаются традициями, историей, экономической и политической мощью. Из-за этих социокультурных характеристик труднее разработать последовательную общую теоретическую основу.

Чтобы углубиться в тему и понять междисциплинарный характер городской экологии, каждый эколог должен сначала прочитать Пикетта и Каденассо (2017) Сколько существует принципов городской экологии ?.

Одной из наиболее часто применяемых теорий в исследованиях городской экологии является градиентная теория Мак-Доннелла и Пикетта (1990), признающая общие экологические закономерности от центра города к периферии. Тем не менее, эта теория не всегда работает в городах, где рост плохо спланирован, например, в Латинской Америке, что предполагает необходимость дополнительных местных исследований.

Что каждый эколог должен знать о городской экологии, так это то, что это в основном прикладная дисциплина, в которой потребности человека и воздействие на экосистему являются неотъемлемой частью решения проблем.Его основная цель — сделать города более пригодными для жизни и экологически устойчивыми, но это непростая задача, поскольку социальная сфера всегда имеет решающее значение.

Большинство этих проблем коварны: их трудно решить из-за неполных, противоречивых и меняющихся требований. Поскольку они взаимозависимы, социально сложны и связаны с поведенческими изменениями, междисциплинарный подход, выходящий за рамки экологии, является единственным выходом.

Рекомендуемое чтение:
Мак Доннелл, М.Дж. и Пикетт, С. Т. А. (1990) Изучение структуры и функционирования экосистем вдоль градиентов между городом и деревней: неиспользованная возможность для экологии . Экология 71, 1231–1237.

Об авторе:


Дагмар Хаазе

Дагмар Хаазе — профессор городской экологии и моделирования городского землепользования. Ее основные интересы связаны с интеграцией моделирования изменений в землепользовании и оценкой экосистемных услуг, отрицательных услуг и вопросов социально-экологической справедливости в городах, включая городские наземные телекоммуникации.

Дагмар Хаазе

Чем больше экологи признают, что люди и общество являются частью городских экосистем, а также взаимодополняемость социальных, экологических и инфраструктурно-технических систем, тем более устойчивыми и устойчивыми мы будем.

Единственное, что каждый эколог должен знать о городской экологии, — это роль людей в социально-экологических системах, которыми являются города. Еще важнее признать роль человека и общества в прошлой и будущей динамике социально-экологических систем.У экологов есть прекрасные идеи о том, как определить и объяснить роль человека в функционировании, стабильности и изменении экосистемы. Но только вместе с работой социологов и экономистов они могут понять масштабы и направление изменений в окружающей среде и экосистемах, с одной стороны, и их воздействие на людей, их социально-экономическое благополучие и последствия. связанные краткосрочные и долгосрочные.

Экологи должны признать и знать, что общество формирует закономерности и потоки в городских экосистемах и что зеленый, синий и серый цвета дополняют друг друга, обеспечивая благополучие человека.Совместная эволюция и совместное развитие полностью существуют и очевидны в городах, поэтому, если бы городские экологи знали одну вещь о городских экосистемах, это она: люди и природа живут в одной и той же среде обитания, и они делят ее вместе — чем охотнее экологи принимают людей. и общество являются частью городских экосистем, и чем активнее они принимают комплементарность социальных, экологических и инфраструктурно-технических систем, тем более устойчивой и устойчивой будет наша коэволюция.
Рекомендуемое чтение:
Альберти, М.2015. Экоэволюционная динамика на урбанизирующейся планете. В Тенденции в области экологии и эволюции. 30:2, страницы 114-126. http://www.cell.com/trends/ecology-evolution/fulltext/S0169-5347(14)00249-3

Об авторе:


Ники Францескаки

Ники Францескаки — профессор в области устойчивого развития городов и директор Центра городских изменений Технологического университета Суинберна, Мельбурн, Австралия.

Ники Францескаки

В мировоззрении экологов будущего, которое является нынешним мышлением городских экологов, фундаментальны три элемента: задавать разные вопросы; любопытство к междисциплинарным исследованиям; мужество претворять знания в политику.

Каждый эколог должен знать, что городские экосистемы развиваются и связаны с сообществом/обществом, которое живет, поддерживается и связано с ними. Городские социально-экологические системы являются сопряженными, что означает, что они взаимосвязаны, и эрозия социальных условий и институтов в них проявляется как в незащищенных, так и в невосстановленных городских экосистемах. И, в свою очередь, ухудшающиеся или нездоровые городские экосистемы не допускают отношений между человеком и природой и не поддерживают благополучие человека, что приводит к лишению городской среды для человека.

Чтобы эта взаимосвязь была сбалансированной и обеспечивала взаимную выгоду, очень важны адаптивные институты, которые направляют открытое, инновационное управление здоровыми, устойчивыми городскими социально-экологическими системами. Разделение (1) понимания того, как городские экосистемы функционируют и приносят пользу людям, от (2) понимания того, как институты и процессы управления, обеспечивающие отношения между человеком и природой, создают пропасти в знаниях и знания, не соответствующие городскому планированию и политике. Поэтому каждый эколог должен знать о городской экологии то, что он/она должен быть открыт для междисциплинарного сотрудничества с социологами и политологами, чтобы сделать знания о городской экологии актуальными и действенными для улучшения институтов и эффективного управления в городах.Он/она должен осознавать не пределы своих знаний, а возможности исследовать, учиться и применять знания в сотрудничестве и совместном творчестве (с участием также граждан и городских сообществ) для развития городской науки о социально-экологических системах. Речь идет о способах получения знаний, которые меняются, и о том, как они становятся социально и политически значимыми и действенными, что меняет роль и навыки, необходимые экологам, чтобы «знать экологию городов».

Три элемента являются фундаментальными в мышлении экологов будущего: во-первых, открытость в постановке разных вопросов и постановка вопросов по-разному, чтобы сделать междисциплинарные исследования актуальными; во-вторых, любопытство к участию в междисциплинарных исследовательских процессах и извлечению из них уроков; и в-третьих, смелость и страсть к использованию знаний о городских социально-экологических системах для политики и общества, чтобы они могли действовать по восстановлению и защите городских экосистем.Экологи городов будущего работают в командах, учатся у других ученых и сообществ и вместе с ними, признают ценность открытия знаний и превращения знаний в практические действия для политики и сообщества, чтобы создавать пригодные для жизни, справедливые, устойчивые и устойчивые города.

Предлагаемая литература:
Францескаки, ​​Н., и Кабиш, Н., (2016), Проектирование операционного пространства совместного производства знаний для управления городской средой – Уроки Роттердама, Нидерланды, и Берлина, Германия, Наука об окружающей среде и Политика, 62, 90-98.

О писателе:


Стивен Хэндел

Стивен Хэндел — эколог-реставратор и директор Центра экологической реставрации городов (CURE), академического подразделения Университета Рутгерса.

Стивен Гендель

Я надеюсь, что каждый эколог когда-нибудь узнает, что структура и функции природы в центре города так же интересны и ценны, как память о природе в летнем лагере их детства.

Я думаю, что большинство людей думают, что природа, экология — это то, куда мы идем, когда хотим убежать от нашей безумной жизни в городских центрах.Точно так же добавление экологических мест обитания к городским участкам так часто считается романтическим жестом, украшением в стиле Уолта Диснея. Я всегда хочу напомнить экологам, что при всей нашей любви к диким местам на Земле, именно наши мегаполисы, наши самые густонаселенные районы, где экология наиболее ценна для людей.
Хорошо известно, что экологические услуги способствуют укреплению здоровья и счастья людей. Я уверен, что это так, будь то Таймс-сквер в Нью-Йорке или Йосемитская долина в Калифорнии.Но если интегрировать ценность некоторых деревьев для очистки воздуха с плотностью людей вокруг этих деревьев, ценность этого улучшения посадки увеличивается на количество людей поблизости, которые будут испытывать меньше респираторных заболеваний. Линия деревьев улучшает микросреду обитания тысяч людей на этой городской улице, но только случайных путешественников в этой нетронутой горной долине. Подумайте о теневой структуре, такой как крона дерева, в тихой сельской местности. Случайный прохожий получает облегчение от палящего солнца.Ой-ой-ой. Но если мы поместим эту теневую структуру рядом с постоянной очередью пассажиров или рабочих, ценность местной тени умножится на плотность людей, которые ее испытывают. Именно в городских центрах экологическая структура имеет наибольшую ценность для населения. Мы должны постоянно говорить об этом с лицами, принимающими решения в наших городах.

Планирование улучшения экологических характеристик в городах часто наталкивается на сопротивление со стороны людей, которые определяют природу как сельскую особенность и, следовательно, неуместную в коммерческой зоне.Безусловно, верно, что с гектара земли налог на недвижимость облагается меньшим налогом, чем с торгового центра или высотного здания; его стоимость обычно не отражается в муниципальном балансе. Но людей, которые не обращают внимания на концепцию экологических услуг, можно обучить, понимание можно улучшить, а городскую экологию можно в конечном итоге прославить. Отношение меняется. Тысячи людей, которые когда-то считали алюминиевые банки и бутылки мусором, теперь определяют их как перерабатываемые ресурсы. Люди, которые сегодня видят участок леса как «пустое пространство», могут изучить новую таксономию ценной экологической структуры.

Сегодня многие градостроители и планировщики учатся включать экологические структуры и функции в свою работу. Благодаря новым учебным программам и действиям многих общественных групп и средств массовой информации, таких как TNOC, новые дизайнерские визуализации и критерии все чаще включают экологические особенности. Происходит медленное увеличение выражения городской экологии в дизайне, который, я верю, станет новой нормой.

Многие государственные и частные управляющие землей/клиенты узнали об экологических зонах в городах и запрашивают их.Мы должны продолжать подчеркивать реальную ценность этих экологических участков в мозаике городских планов. Экологические пространства имеют ценность помимо эстетических аспектов природы, которые видят большинство городских пижонов и на которых когда-нибудь будут настаивать. Я надеюсь, что каждый эколог когда-нибудь узнает, что структура и функции природы в центре города так же интересны и ценны, как память о природе в летнем лагере их детства.

Рекомендуемое чтение:
Элмквист, Т., Сетяля, Х., Гендель, С.Н., ван дер Плоэг, С., Аронсон, Дж., Блино, Дж. Н.,
Гомес-Баггетун, Э., Новак, Д. Д., Кроненберг, Дж., и де Гроот, Р. 2015. Преимущества
восстановления экосистемные услуги в городских районах. Текущее мнение об окружающей среде
Устойчивое развитие 14:101-108.

О писателе:


Надя Кабиш

Надя Кабиш имеет докторскую степень по географии. Ее особый интерес вызывает взаимодействие человека и окружающей среды в городах с учетом сопутствующих выгод от реализации природных решений для здоровья человека и социальной справедливости.

Надя Кабиш

Города являются передовым полем для экспериментов с новыми подходами к обеспечению пригодности для жизни, устойчивости и устойчивости; все из которых являются важными частями городской экологии.

В телекоммуникационном мире экосистемы все больше взаимодействуют с социальными системами, особенно в городских районах. В антропоцене города являются основной средой обитания человека и востребованы в связи с социально-экологическими преобразованиями. Учитывая нынешние глобальные изменения климата и урбанизацию, а также связанные с ними последствия для природных систем, социальных систем и их взаимодействия во всем мире, города являются авангардом для экспериментов с новыми подходами к обеспечению пригодности для жизни, устойчивости и устойчивости; все из которых являются важными частями городской экологии.

С увеличением плотности, утратой открытых пространств, экологическим бременем загрязнения воздуха, шума и жары развитие и поддержание экосистем становятся все более важными в городских районах. Расширение знаний о количестве и качестве выгод, которые городские жители могут получить от экосистем, означает повышение качества их жизни, здоровья и благополучия. Все известные как экосистемные услуги, понимание их функций требует междисциплинарных исследований в области городской экологии, которые объединяют знания из естественных и социальных наук.Более того, недавние научные достижения, включающие междисциплинарные подходы к междисциплинарным проектам, открывают область городской экологии для оценки внедрения социально-экологических, управленческих и технических инноваций с точки зрения подходов к планированию, способов управления и политического опыта в разных дисциплинах, областях политики и правительственные ведомства.

Я считаю, что использование междисциплинарного и трансдисциплинарного социально-экологического системного подхода к городам и оценка того, как услуги городских экосистем предоставляются горожанам в количественном и качественном отношении, являются важными частями городской экологии для понимания социально-экологических преобразований в условиях глобальных проблем изменение климата и урбанизация.Это идет рука об руку с потенциальными новыми возможностями для управления и управления городскими системами в рабочем пространстве совместного производства знаний, в котором ученые, градостроители, политики или практики могут учиться друг у друга и устанавливать отношения и доверие во взаимных диалогах для поиска решений. к экологическим проблемам для повышения устойчивости и устойчивости городских районов (Frantzeskaki et al., 2016).

Рекомендуемое чтение:
Францескаки, ​​Н., Кабиш, Н., Макферсон, Т. (2016) Совершенствование управления окружающей средой в городах: понимание теорий, практики и процессов, формирующих устойчивость и устойчивость городов. Экологическая наука и политика, 62, специальный выпуск, страницы 1-144.

О писателе:


Тимон Макферсон

Доктор Тимон Макферсон работает с дизайнерами, планировщиками и местными органами власти над созданием устойчивых, устойчивых и справедливых городов. Он является адъюнкт-профессором городской экологии и директором лаборатории городских систем в Новой школе и научным сотрудником Института исследований экосистем Кэри и Стокгольмского центра устойчивости.

Тимон Макферсон

Следующее поколение экологов должно принять более всеобъемлющее определение экологии: экосистемы — это социально-экологические системы. Это поможет нам улучшить управление всеми экосистемами, а не только городскими районами.

  Прошло 25 лет с тех пор, как была опубликована книга «Человек как компонент экосистемы » (Макдоннелл и Пикетт, 1993), поэтому немного шокирует мысль о том, что десятилетия исследований, связывающих социальные и экологические системы, не являются частью основного потока что должен знать каждый эколог.Конечно, городская экология восходит к работам Герберта Сукоппа в Берлине после Второй мировой войны (Sukopp 2008) и к ранним китайским ученым, которые еще раньше работали над интеграцией экосистем в городскую жизнь (Wu 2014).

Книга Макдоннелла и Пикетта «

» сыграла важную роль в развитии городской экологии в США. Городская экология — это фундаментальное исследование социально-экологических систем, предназначенное для того, чтобы открыть глаза всем экологам на тот факт, что каждая экосистема на Земле имеет человеческие движущие силы, влияние и воздействие как на структуру, так и на функцию системы.Экологи всех мастей должны в корне понять, что люди не находятся каким-то образом вне области экологии. В Европе, Китае и других странах экосистемы широко распространены как социально-экологические системы (Niemela et al. 2011). Перевод: 90 143 человек являются частью экосистем, а люди и другие биофизические компоненты экосистем тесно переплетены и имеют взаимное влияние. На Земле нет экосистемы, на которую не повлиял бы человек. Кажется, что нужно вернуться к основам, чтобы спорить об этом, и все же, если есть одна вещь, которую все экологи должны осознать, так это то, что для изучения экологии в антропоцене, на этой урбанизированной планете, мы должны рассматривать экосистемы сейчас не просто как биофизические системы. работает в закрытом ящике без участия человека.Этот ящик должен быть открыт, чтобы связать экзогенные факторы, такие как изменение климата, а также прямые эндогенные действия человека.

Это ненужный, предвзятый и даже контрпродуктивный подход к определению того, что важно в экологии, как нечто отличное от природного мира, в котором доминирует человек. Экосистемы не существуют в биофизическом вакууме. Экосистемы существуют в антропоцене, как и все мы, и люди являются частью этих систем, оказывая на них влияние и влияя на фундаментальные экологические процессы.Более широкая область экологии должна признать, что исследование социально-экологических систем является областью изучения, которая добилась значительных успехов в том, как мы думаем об экосистемах, изучаем их и управляем ими в условиях урбанизации и доминирования человека в социально-экологических контекстах во всем мире (Vitousek et al. и др., 1997; Гримм и др., 2008). Экология не может позволить себе полностью упустить из виду контекст антропоцена, в котором существуют все экосистемы, а также огромный потенциал, который кроется в рефлексивном и уважительном взаимодействии человека и природы (Alberti et al.2003).

Городская экология — область, которая быстро расширяется (McPhearson et al. 2016). Следующее поколение экологов следует поощрять, а не препятствовать принятию более всеобъемлющего определения экологии, согласно которому экосистемы — это социально-экологические системы, которые могут помочь нам улучшить управление всеми экосистемами, а не только в городских районах. Это фундаментальный шаг к продвижению экологии как источника знаний, который может помочь сместить иглу в отношении некоторых из наиболее важных проблем, с которыми мы сталкиваемся, от изменения климата до несправедливости и загрязнения окружающей среды и социального неравенства в доступе к здоровью и благополучию. выгоды, которые обеспечивают экосистемы в городах и за их пределами.

Предлагаемая литература:
Макдоннелл М. и С.Т.А. Пикетт. 1993. Люди как компоненты экосистем: экология незаметных антропогенных воздействий и населенных пунктов . Springer-Verlag New York, Inc.

Об авторе:


Харини Нагендра

Харини Нагендра — профессор устойчивого развития в Университете Азима Премджи, Бангалор, Индия, и автор книги «Природа в городе: Бангалор в прошлом, настоящем и будущем» (Oxford University Press, 2016).Она использует социальные и экологические подходы в сочетании с дистанционным зондированием для изучения факторов, влияющих на устойчивость лесов и городов в контексте Южной Азии.

Харини Нагендра

Мы не можем довольствоваться только изучением и наблюдением — мы должны одновременно заниматься и действовать.

За 25 или около того лет, что я работал в области экологии, мне посчастливилось стать свидетелем всеобщей трансформации этой дисциплины из дисциплины, которая в подавляющем большинстве интересовалась «чистыми» эволюционными и экологическими процессами в «нетронутых» областях ( я.е. области, где не было очевидного человеческого следа), в область, которая теперь признает повсеместность взаимодействия человека и природы, охватывая социально-экологические подходы к формулированию, исследованию, интерпретации и вмешательству в вопросы экологии и сохранения. Так, например, в то время как многие экологи когда-то считали, что охраняемые районы должны быть изолированы от людей, теперь мы в подавляющем большинстве признаем ту роль, которую сыграли столь многие коренные общины в создании особой экологии, уникальной для многих охраняемых ландшафтов по всему миру.

Тем не менее, города остаются слепым пятном для многих экологов, хотя в последние годы область городской экологии расширилась почти экспоненциально. Городские системы, возможно, являются одной из экосистем, в которых доминирует человек, и практически невозможно проводить исследования «чистых» экологических или эволюционных процессов в городе, не признавая роль людей. Социально-экологическое обоснование лежит в основе городских экологических исследований, и это то, что по-прежнему не нравится большинству традиционных школ экологии во всем мире.

Что должен знать каждый эколог об экологии городов? Им нужно знать, что урбанизация теперь влияет на каждую часть мира, какой бы отдаленной или кажущейся нетронутой она ни была. Бесполезно, да и невозможно изучать экологию в отрыве от мыслительных процессов человека, промышленных систем, культур потребления и телепередачи денег и данных, которые подразумевают жизнь в городах. Но это не означает, что экология и природоохрана обречены — как раз наоборот, экология вступила в самый захватывающий период открытия знаний.Взаимосвязь городов, культуры и природы требует сотрудничества между экологами, экономистами, социологами и гуманитариями для расширения границ знаний. И, учитывая скорость, с которой все меняется, мы не можем довольствоваться только изучением и наблюдением — мы должны одновременно участвовать и действовать, что требует дальнейшего сотрудничества между учеными, практиками, городскими властями, активистами и обычными гражданами — слишком часто , один из нас также несет в себе эти различные категории, надевая несколько шляп!

Таким образом, я то городской эколог, то я мать ребенка, который любит свой местный парк и озеро, дочь другой матери, яростной защитницы городской природы, а также воспитателя, активист и сосед с разными, но одинаково важными обязанностями перед обществом, сообществом, природой и городом.Все мы носим в себе эти множественные личности. Для процветания городской экологии внутри или снаружи нам нужны различные точки зрения: знания уличного торговца, который десятилетиями продает цветы под кронами фикуса, не менее ценны, чем знания сборщика тряпья, который поддерживает чистоту в городе, перерабатывая свой мусор. , а выводы пастуха, который видел, как здоровое озеро превращается в загрязненное месиво, так же важны, как и выводы городского эколога, изучающего гидрологию поверхностных вод.

Короче говоря, городская экология может многое дать экологу с точки зрения понимания взаимосвязи всего — природы, культуры и бетона.По крайней мере, для меня это то, что она принесла с течением времени — и сложность одновременно унизительна, глубоко увлекательна и поучительна.

Рекомендуемое чтение:
Элмквист Т., М. Фрагкиас, Дж. Гуднесс, Б. Гунеральп, П. Дж. Маркотуллио, Р. И. Макдональд, С. Парнелл, М. Шевениус, М. Сендстад, К.С. Сето, К. Уилкинсон, ред. 2013. Урбанизация, биоразнообразие и экосистемные услуги: вызовы и возможности: глобальная оценка. Спрингер Нидерланды. 755 страниц. https://ссылка.springer.com/book/10.1007%2F978-94-007-7088-1 

О писателе:


Стюард Пикетт

Стюард Пикетт — почетный старший научный сотрудник Института исследований экосистем Кэри в Миллбруке, Нью-Йорк. Его исследования сосредоточены на экологической структуре городских территорий и временной динамике растительности.

Стюард Пикетт

Одна вещь, которую должны знать все экологи об экологии городов

Единственное, о чем экологи обычно должны думать, когда слышат термин «урбанизация», это то, что городские изменения очень похожи на современный динамичный взгляд на общественные собрания. они уже знают.

Урбанизация подобна преемственности: у нее нет единого пути; у него нет единственной конечной точки; влияет на все экологические системы; и это результат непрерывного взаимодействия миграций, вымираний, взаимодействий и случайностей.

Преемственность — одна из старейших идей экологии. Но в современном виде он мало ценится. Слишком часто его резюмируют как старое хрестоматийное обобщение, включающее благоприятную замену видов, регулярную последовательность доминантов и заканчивающуюся стабильным сообществом.Эта версия учебника, к счастью, была заменена за столетнюю историю дисциплины. (Великая, но ошибочная книга Фредерика Клементса о том, что первой кодифицированной теории преемственности в 2016 году исполнилось 100 лет.) Таким образом, преемственность, или, если хотите, динамика сообщества или собрание сообщества, теперь является воплощением случайного динамического процесса, обусловленного потоками организмов. , ресурсы, нарушения и факторы стресса в сложных ландшафтах.

Урбанизацию можно рассматривать аналогично эволюции преемственного мышления.Раньше урбанизация определялась просто как преобразование сельских, пастбищных, лесных или диких земель в городской покров. То есть урбанизация производит города и поселки. Последующая траектория после преобразования была смоделирована для городов северного умеренного пояса, которые «развились» в ходе промышленной революции, часто меняя акцент с превращения природных ресурсов в товар, на промышленное производство, санитарно-техническое оборудование и, наконец, на постиндустриальные услуги. Это урбанизация наподобие Клементсианской преемственности.Он является направленным, ступенчатым и заканчивается своего рода «продвинутой» стадией. Он также неявно универсален, и все города следуют одной и той же логике. Урбанисты сразу увидят изъяны в этой аналогии с классической последовательностью. Но сходство с современными представлениями о преемственности или собрании сообщества может оказаться полезным в самой городской экологии, а также помочь связать городскую экологию с экологией в целом.

Если мы предположим, что урбанизация и преемственность концептуально аналогичны, следующие принципы могут помочь в исследованиях и сравнении:

  • В урбанизации нет единого пути.Это особенно заметно в странах или регионах, индустриализация которых началась совсем недавно. Еще более показательно, что некоторые районы стали «городами потребления», не пройдя ни промышленного, ни санитарного состояния. Китай, Индия и страны Африки, например, демонстрируют характерные траектории городских изменений.
  • Урбанизация бывает не только однонаправленной. В городских районах есть места, которые растут, и места, которые редеют. Изменения в городах, поселках и связанных с ними регионах носят неоднородный характер, как и гетерогенные экологические мозаики любого типа.Рассмотрение городских изменений как «красного пятна», которое постоянно распространяется по региону, — это одна из моделей урбанизации, но она игнорирует важную внутреннюю динамику.
  • Урбанизация, как и преемственность, повсюду. Урбанизация — это не только производство городов. Городские условия влияют как на близлежащие, так и на удаленные экосистемы. Они делают это за счет отдаленных изменений в средствах к существованию, образе жизни и потребительских предпочтениях, инвестиционных сдвигов, влияющих как на отдаленные районы, дикие места и центральные города, так и на распространение инфраструктуры в обширных регионах.Процент земли, покрытой городами и поселками, является плохим показателем городского влияния в регионах и мире.
  • Урбанизация, подобно сборке биотического сообщества, отражает множество взаимодействующих процессов, влияний и «актеров» (то есть видов, социальных групп, институтов, изменений окружающей среды и т. д.). Сложность экологически знакомых процессов, таких как обратные связи, приоритетные эффекты, пространственное наследие, косвенные эффекты, естественные нарушения и социальные возмущения, в совокупности делают урбанизацию случайным процессом.Некоторые драйверы будут преднамеренными, а некоторые случайными.

Единственное, о чем должны думать экологи, когда слышат термин «урбанизация», это то, что городские изменения очень похожи на уже знакомый им современный динамичный взгляд на общественные собрания.

Рекомендуемое чтение:
Макхейл, М. Р., С. Т. А. Пикетт, О. Барбоза, Д. Н. Банн, М. Л. Каденассо, Д. Л. Чайлдерс, М. Гартин, Г. Р. Хесс, Д. М. Иванец, Т. Макферсон, М.Н. Петерсон, А. К. Пул, Л. Риверс, С. Т. Шаттерс и В. Чжоу. 2015. Новое глобальное городское царство: сложные, связанные, диффузные и разнообразные социально-экологические системы. Устойчивое развитие 7: 5211–5240.

Об авторе:


Филип Сильва

Работа Филипа посвящена неформальному обучению взрослых и исследованию социальных и экологических систем на основе участия. Он посвятил себя изучению природы во всех ее городских проявлениях.

Филип Сильва

Каждый эколог должен знать, что городская экология очень тесно связана с «социологией научных знаний», когда она начинает задавать вопросы о производстве знаний, используемых для управления городскими экосистемами.

Каждый эколог должен знать, что городские экосистемы в значительной степени формируются, структурируются и регулируются деятельностью человека. Это кажется очевидным, но все же стоит ненадолго распаковать вещи, прежде чем перейти к тому, что, по моему мнению, должен знать каждый эколог о городской экологии. В некоторых городах есть участки ландшафта, которые кажутся нетронутыми городской застройкой. Система муниципальных парков здесь, в Нью-Йорке, например, может похвастаться более чем 10 000 акров лугов, лесов и водно-болотных угодий, обозначенных как «природные зоны» — маленькие кусочки Эдема, которые предлагают убежище от ярких огней большого города.Тем не менее, этими природными зонами часто манипулируют и управляют с такой же целенаправленной интенсивностью, как и любой из сотен общественных садов Нью-Йорка, десятков тысяч акров ландшафтных парков и сотен тысяч уличных деревьев. Требуются настоящие человеческие усилия, чтобы управлять даже самой «естественной» природной территорией, не говоря уже обо всей другой ухоженной зелени, предлагаемой в таком месте, как Нью-Йорк. И чтобы направлять эти усилия, необходимы практические знания о городских экосистемах и их многочисленных компонентах.Таким образом, человеческое знание само по себе является элементом городских экосистем, и отсюда следует, что социальный процесс создания, систематизации, оспаривания, обмена и применения этих знаний может быть объектом исследования городской экологии.

Итак, вот мой главный тезис: каждый эколог должен знать, что городская экология очень тесно связана с «социологией научных знаний», когда она начинает задавать вопросы о производстве знаний, используемых для управления городскими экосистемами. Откуда берутся знания по управлению городскими экосистемами? Большая часть этого, вероятно, является результатом «чистых» или «фундаментальных» научных исследований.Экологи публикуют рецензируемые журнальные статьи, а хорошо информированные менеджеры читают, интерпретируют и применяют эти знания на практике. Тем не менее, городская экология — молодая область исследований. Иногда знания, необходимые для повседневного управления, отсутствуют в научной литературе. В этих случаях профессиональные менеджеры и распорядители-добровольцы конструируют знания за рамками формальной науки. Они могут создавать полезные и надежные знания с помощью итерационных циклов адаптивного управления, внося постепенные изменения в практику и собирая данные о результатах, чтобы снова и снова информировать о постепенных изменениях в своей работе.Или, что столь же вероятно, они могут создавать знания на практике без какого-либо использования формального сбора данных или мониторинга, создавая хранилища знаний об эффективной практике посредством ежедневных наблюдений методом проб и ошибок. Методы выявления и изучения этих практик получения знаний — с помощью формальной науки, с помощью адаптивного управления или с помощью сообществ практиков — должны быть частью набора инструментов для исследования городской экологии, и каждый городской эколог должен иметь хотя бы поверхностное знакомство с концепциями. за этими методами.

Предлагаемая литература: Пикеринг, Эндрю. «Глава первая: калеча практики». В The Mangle of Practice: Time, Agency, and Science, 1–34. Чикаго: University of Chicago Press, 2014.

.

Об авторе:


Майк Уэллс

Доктор Майк Уэллс FCIEEM является опубликованным экологическим консультантом, экологом, экоурбанистом и специалистом по зеленой инфраструктуре с глобальным видением и портфолио проектов.

Майк Уэллс

Городская экология представляет собой основу для исследования и выражения многочисленных стратегий и механизмов позитивного, творческого и поддерживающего взаимодействия между людьми и миром природы.

Единственное, что каждый эколог должен знать о городской экологии, это то, что она может предоставить нам инструменты, необходимые для того, чтобы вдохновить человечество-потребителя на сохранение глобального биоразнообразия. Он может дать мудрость, которая поможет нам выполнить неотложный долг как людей и управителей мира природы.

Благодаря пониманию интенсивных взаимодействий между людьми и нечеловеческими существами, возможными в городской среде, и конкретных последствий, которые они могут иметь для тех, кто находится в «дефиците природы», у нас есть возможность оживить, разжечь и сверхразвивать часто ослабленное чувство реальности. волнение и изумление, которые мы можем испытывать, когда сталкиваемся с другими видами, с которыми мы делим эту хрупкую планету, — видами, которые мы бессмысленно, систематически и так быстро уничтожаем.В городской среде у нас есть «захваченная» аудитория — и очень большая — постоянно посещающая. Тот, который проходит места обитания, объекты и инсталляции иногда по несколько раз в день и прямо или косвенно черпает из них смысл и мудрость. Мы можем активно приветствовать природу в новых (ре)комбинациях и часто усиливать ее популяции, чтобы совершать вылазки в окружающую оголенную и распыленную сельскую местность. Мы можем преувеличить его, выставить напоказ, отдать ему предпочтение, отпраздновать его, поместить под объектив на пороге каждого гражданина, независимо от дохода и положения.Мы можем графически, художественно и эффектно проиллюстрировать его более широкое глобальное разрушение и ухудшение, объясняя темпы изменений бесчисленными способами, художественными и технологическими, для массового общественного мнения. Мы можем проиллюстрировать, как наше потребительство ведет к этим потерям.

Все, что делает для нас природа в городских и сельских районах, жизненно важно и может вызывать уважение и интерес. Но без глубокой любви и удивления перед причудливой, чужеродной, не-нашей, другой, поразительной, великолепной, пугающей, поучительной, эстетически ошеломляющей природой нечеловеческой жизни попытка расширить круг сторонников природы потерпит неудачу.Он потерпит неудачу перед лицом лобби разрушения и невежества, которое в настоящее время берет верх среди некоторых администраций по всему миру, чему способствует прогрессивная технологическая денатурализация нашего мира и образа жизни.

Городская экология — это основа для исследования и выражения многочисленных стратегий и механизмов позитивного, творческого и поддерживающего взаимодействия между людьми и миром природы, которые при надлежащем применении и выражении могут просто отвлечь человечество от его текущей роли в качестве ключевого агента. нового массового вымирания видов.

У нас мало времени.

Рекомендуемое чтение:
McKinney, M.L. 2002. Урбанизация, биоразнообразие и охрана. Воздействие урбанизации на местные виды мало изучено, но информирование высокоурбанизированного населения об этих воздействиях может значительно улучшить сохранение видов во всех экосистемах. BioScience , 52:10, страницы 883–890. https://doi.org/10.1641/0006-3568(2002)052[0883:UBAC]2.0.CO;2

О писателе:


Вэйци Чжоу

Др.Чжоу широко интересуется городской и ландшафтной экологией в отношении пространственной неоднородности ландшафта. Он объединяет полевые наблюдения, дистанционное зондирование и моделирование, чтобы понять структуру городских социально-экологических систем и их связь с экологическими функциями.

Вэйци Чжоу

Экология городов выступает в качестве рубежа, где экологи могут эффективно продвигать взаимодействие науки и политики для обеспечения устойчивости на местном, региональном и глобальном уровнях.

Единственное, что каждый эколог должен знать о городской экологии, это то, что городские районы представляют собой гибридные социальные и экологические системы, и понимание таких систем требует совместной работы экологов с учеными из всех наук — естественных, социальных и технических, а также с практиками и лица, принимающие решения.Чтобы экологические исследования приносили наибольшую пользу, городские экологические исследования должны выходить далеко за рамки научных и исследовательских дисциплин.

Социальная и биофизическая природа сложности и гибридности городских экосистем требует, чтобы городская экология рассматривала сильную междисциплинарную призму, объединяющую ученых из разных областей. Это связано с тем, что дискретные исследовательские дисциплины неадекватны для полного изучения сложной многомерной природы городских экосистем. Фактически городская экология все больше развивается как область, которая объединяет социальные, биофизические и инженерные науки и напрямую связана с такими практиками, как городское планирование и городской дизайн.Однако такая необходимость по-прежнему остается серьезной проблемой даже после нескольких десятилетий развития городской экологии.

Кроме того, городская экология выступает в качестве границы, где экологи могут эффективно продвигать взаимодействие науки и политики для обеспечения устойчивости на местном, региональном и глобальном уровнях. Города играют все более важную роль в каждой из трех основных составляющих устойчивости — социальной, экономической и экологической, и их воздействие выходит далеко за пределы границ. На самом деле, города необходимы для устойчивого будущего.Экологические знания о городских экосистемах стали центральными в понимании настоящего и будущего городов и, следовательно, условий жизни большинства людей. Поскольку города — это место, где живут, работают и развлекаются специалисты-практики и лица, принимающие решения, они представляют собой идеальные места для экологов, которые могут работать вместе с ними над решением реальных городских проблем. Следовательно, городская экология предоставляет экологам платформу для взаимодействия и сотрудничества с практиками и лицами, принимающими решения, и, следовательно, ускоряет усвоение экологических знаний практиками и лицами, принимающими решения.Следовательно, городская экология может создать модель того, как экологические исследования могут быть адекватно направлены на решение реальных проблем, и, таким образом, может быть более полезной при решении реальных проблем.

Предлагаемое чтение:
Pickett S.T.A, M.L. Каденассо, Д.Л. Чайлдерс, М. Дж. Макдоннелл и В. Чжоу. 2016. Эволюция и будущее городской экологической науки: экология города, города и для него. Здоровье и устойчивость экосистем  2 (7).

Градостроитель и городской эколог заходят в бар.Они болтают о том, как (и может быть) «экология» может играть большую роль в планировании… – Природа городов

Каждый месяц мы проводим глобальный круглый стол, на котором группа людей отвечает на конкретный вопрос из «Природы городов».

О писателе:


Дэвид Мэддокс

Дэвид любит городские пространства и природу. Он любит творчество и сотрудничество. Он любит театр и музыку. В своей жизни и работе он практиковался во всем этом.

Введение

Городское планирование (и городские планы, которые его выражают) обычно ориентированы на согласованную организацию городских систем, потоков людей и ресурсов, где вещи есть и должны быть.В то время как парки, зеленые насаждения и открытые пространства обычно являются частью городских планов (но есть исключения), экология и процессы остаются на обочине.

Большая часть материалов TNOC посвящена основным экологическим и социальным ценностям, которые вытекают из экосистемных услуг, зеленых насаждений и биоразнообразия.

Итак, не следует ли в городское планирование включить большую экологическую изощренность?

Экологи не должны быть в центре групп городского планирования в городах?

Конечно, это требует участия экологов, изучения планирования и его методов, а также инвестирования в компромиссы, которые неизбежно возникают при планировании чего-то столь сложного, как город.

Где примеры экологии встроены в городское планирование? Как это сделать?

О писателе:


Уилл Аллен

Уилл является старшим вице-президентом отдела стратегических пожертвований и услуг по сохранению в Фонде сохранения в Чапел-Хилл, Северная Каролина. В Фонде охраны природы с 1994 года он ранее работал директором Фонда по стратегическому планированию природоохранной деятельности и корпоративным геопространственным службам, а также инструктором по зеленой инфраструктуре и учебным курсам по сохранению ГИС.

Уилл Аллен

Как ученик Яна МакХарга, я считаю, что экология является важным элементом процесса планирования благодаря внутренней пригодности земли, определяющей принятие решений по землепользованию и проектированию.

Мне особенно забавно говорить об этой идее о том, может ли экология «могла бы» играть большую роль в планировании, поскольку это было основной причиной моего желания участвовать в программе городского и регионального планирования в Университете Северной Каролины в Чапеле. Хилл еще в 1990-х в первую очередь!

Мое эссе для поступления в аспирантуру было сосредоточено на концепции устойчивого развития, и я утверждал, что расширение использования экологических наук в городском планировании является важным элементом на пути к устойчивому развитию.В бакалавриате Стэнфордского университета программа городских исследований познакомила меня с культовой книгой Яна Макхарга 1967 года «Дизайн с природой». Книга и Ян были основными причинами, по которым я занялся профессией городского и регионального планирования. Книга казалась фундаментальным проявлением того, чем, по моему мнению, должны быть землепользование и экологическое планирование, когда внутренняя пригодность земли определяет компромисс между землепользованием между экологией и застроенной средой.

Моя учеба в аспирантуре и профессиональная работа в The Conservation Fund были сосредоточены на экологическом планировании с упором на экологический дизайн и устойчивое развитие в городской и сельской среде и в различных масштабах.Вдохновленный слоеным пирогом МакХарга, я применил пространственное планирование с использованием географических информационных систем в качестве основного набора инструментов для размышлений о том, как защитить зеленую инфраструктуру города и внедрить подход к планированию стратегического сохранения в нашей работе.

Но у меня все еще есть некоторое затяжное разочарование в этой теме экологии и планирования. Книга Яна 1967 года. Я поступил в аспирантуру в 1990-х. Сейчас 2018 год. Как далеко мы продвинулись на самом деле? Мой краткий ответ далеко, но недостаточно далеко.

Мне напомнили о том, как далеко мы продвинулись и не продвинулись, когда меня попросили сделать рецензию на книгу 2016 года под названием «Природа и города: экологический императив городского проектирования и планирования» Фредерика Р. Штайнера, Джорджа Ф. Томпсона. , Армандо Карбонелл (редакторы) из Линкольнского института земельной политики. В книге основное внимание уделяется роли ландшафтной архитектуры и ее «постоянно растущей роли в улучшении городских условий в каждом человеческом масштабе».

Учитывая тему, я знал, что МакХарг будет в центре многих эссе.Однако я и не подозревал, что некоторые из глав станут своего рода референдумом по философии Макхарджи. В эссе Ричарда Уэллера, озаглавленном «Город — это не яйцо: западная урбанизация в связи с меняющимися представлениями о природе», Уэллер определяет то, что я бы назвал «парадоксом Мак-Харджиана», то есть любую попытку применить предписывающий метод к проектированию с природа в городах практически невозможна, учитывая сложность природных систем, функций и процессов, которые делают аспекты природы «непознаваемыми».Короче говоря, в то время как Макхарг сосредоточился на биофизических данных, ландшафтные урбанисты использовали разнообразные данные из науки и гуманитарных наук. В этой главе отражена суть продолжающегося противоречия между городским пространственным планированием с помощью географических информационных систем и профессией ландшафтной архитектуры. Вот я, ученик Макхарга, но благодаря своей карьере, основанной преимущественно на практиках, я не осознавал ожесточенных споров в академическом мире по поводу его наследия.

Пока я продолжаю думать об экологии и планировании со своим напитком в руке в этом очень хорошем баре с девятью другими планировщиками и городскими экологами, мне интересно, как остальная часть группы теперь относится к словам «экология» и «планирование» и задаются вопросом, включают ли они сейчас в свое мышление концепции зеленой инфраструктуры, устойчивости, адаптации, биофилии и системных подходов и в какой степени, и как это может изменить то, как они «маркируют» или изображают себя.Думаю, пришло время для еще одного раунда!

О писателе:


Хуан Азкарате

Хуан Азкарате — исследователь в Институте Гумбольдта, Колумбия, где он занимается биоразнообразием в городской и региональной среде. Он специалист по экологическому планированию со степенью доктора наук в области инженерии земельных и водных ресурсов, и его основной интерес заключается в использовании стратегических подходов для улучшения принятия решений и продвижения путей к устойчивому развитию.

Хуан Аскарате

Применяя социально-экологический подход к обучению и образованию детей, экологи и планировщики могут найти точки соприкосновения и возможность совместно формировать более устойчивые города.

Многие могут согласиться с тем, что основой прекрасной жизни является прекрасное детство. И, говоря о городском планировании, многие могут также согласиться с тем, что города, которые учитывают потребности детей в своих процессах планирования, обязательно становятся в конечном итоге пригодными для жизни, привлекательными и устойчивыми городами. Однако на практике, несмотря на огромные усилия, которые были затрачены на удовлетворение потребностей детей в городском планировании, то есть на планирование и инвестирование в доступную социальную инфраструктуру, такую ​​как детские сады, школы, библиотеки, музеи, больницы и центры отдыха, различные пробелы и проблемы, которые еще предстоит решить в этом отношении.

Одним из таких пробелов, который напрямую влияет на потребности детей в городах, является отказ от включения городских зеленых зон и связанных с ними экосистемных услуг в процессы городского планирования. Возможная причина такого разрыва заключается в том, что зеленые зоны и услуги, которые они предоставляют горожанам, в частности детям, часто недооцениваются в процессах городского планирования. Именно здесь городская экология сосредоточила свои усилия, стремясь информировать планирование путем разработки инструментов и научных публикаций, которые исследуют и объясняют, как природа может быть экологически, социально и экономически полезной для благополучия города и для развития детей.Однако большая часть информации о пользе природы для благосостояния городов исходит, как правило, от более развитых, политически стабильных и справедливых обществ. Актуальность и применение этой информации в развивающихся, более биоразнообразных, политически нестабильных и несправедливых условиях, таких как те, которые типичны для Латинской Америки, могут быть подвергнуты сомнению и столкнуться с трудностями.

В этом отношении экология может внести свой вклад в городское планирование, работая над тем, чтобы говорить на одном языке и предлагая решения, учитывающие контекст.Это требует, чтобы экологи были готовы работать в различных дисциплинах и в различных секторах общества. Кроме того, это означает, что они готовы взять на себя продвижение и защиту городского биоразнообразия не только в социальной и политической сферах, но и в образовательной сфере, где основное внимание уделяется развитию способностей и навыков детей. С этой точки зрения обращение к городам и образованию становится отличной возможностью и точкой соприкосновения для планировщиков и экологов, чтобы говорить на одном языке и работать вместе, чтобы одновременно планировать более зеленые города и города, которые служат образованию детей.

Если эта возможность станет реальной, особенно в развивающихся странах, где городская среда обычно объединяет широкий спектр неформальных возможностей, ценностей и человеческих, природных и экономических ресурсов, эти неформальные активы можно будет хорошо спланировать и управлять ими, а города превратить в пространства для инноваций. , разработки, исследования и образование, где генерируются идеи и решения для решения различных задач в разных масштабах.

Кроме того, в этих условиях важно, чтобы города дополняли формальное образование, которое происходит в классах.Например, города, предлагающие достаточное количество городских зеленых зон, таких как парки, деревья, холмы, реки и водно-болотные угодья, где можно заниматься такими видами деятельности, как гражданская наука (например, наблюдение и мониторинг птиц), экологические прогулки, городское озеленение и восстановление окружающей среды. место, позволит детям вступить в непосредственный контакт с природой и достичь более актуального обучения, которое контекстуализировано и интегрировано с реалиями их среды и сообществ.

В качестве пространств для образования и инноваций города также должны стремиться к созданию музеев естественной истории, зоопарков, ботанических садов и других образовательных пространств, которые позволяют большому количеству детей соприкасаться с городской природой и учиться у нее.При наличии этих пространств и с помощью мероприятий, которые могут быть в них разработаны, города могут действовать как учебные комнаты, приближая детей к природе, таким образом формируя осознание ее важности и в то же время осознание того, что они являются частью городской природы. .

Хорошо спланированные зеленые города способствуют формированию знаний и обучению у детей посредством взаимодействия их социокультурной и природной среды, дополняя то, что они пассивно усвоили в классах.Это говорит о том, что города могут способствовать социально-экологическому обучению детей, которое имеет основополагающее значение для экологического образования и устойчивого развития.

Несмотря на эти потенциальные преимущества городов, реализация инициатив социально-экологического обучения была ограничена очень локальным масштабом, лишенным стратегического характера, что означает, что она не достигла изменений в масштабе политического масштаба.

Именно здесь городские экологи могут внести свой вклад в планирование, связавшись с сетями и ассоциациями, которые, например, осуществляют эти местные мероприятия, а также с университетами и местными органами власти, которые могут поделиться этим опытом в других масштабах и с другими деятели на национальном и международном уровнях.

Таким образом, применяя социально-экологический подход к обучению и образованию детей, экологи и специалисты по планированию могут найти точки соприкосновения и возможность внести совместный вклад в формирование более устойчивых городов.

Об авторе:


Эми Хомович

Эми Хомович является членом правления информационного аналитического центра Green Roof (GRiT). GRiT — это некоммерческая организация в Портленде, которая занимается обучением и разъяснительной работой в поддержку использования зеленых крыш.

Эми Хомович

Когда они работают вместе, планировщики и экологи узнают друг о друге и о том, как использовать сильные стороны друг друга, и они могут помочь всем нам получить более сложное понимание мира, в котором мы живем.

Планирование по своей сути является человеческим и ориентированным на человека упражнением. Защита окружающей среды является приоритетом в городском планировании только в том случае, если люди либо устанавливают связь между окружающей средой и здоровьем человека, либо если люди решают, что «природа» важна для них сама по себе. Экологи могут сыграть решающую роль в установлении важности окружающей среды и в создании научной основы для защиты окружающей среды в городских планах.

Фреска на рынке New Seasons Market в Портленде, штат Орегон.

Экологическая основа планирования

Портлендский план, принятый в 2012 году, представляет собой хороший пример использования рамок политики в качестве строительного блока для общегородского плана. Портлендский план представляет собой широкомасштабную стратегию, которая направляет Портленд в достижении целей в области процветания, образования, здравоохранения и справедливости. Группа сторонников справедливости успешно выступила за включение в План принципов справедливости. В результате справедливость не является отдельной главой, добавленной в конце плана.Справедливость присутствует во всем плане и отражается в целях, задачах и действиях плана. Нам нужен экологический эквивалент системы справедливости для всех городских планов.

Экологическая структура будет включать техническую информацию об окружающей среде и экологических процессах в городской план. Экологическая структура выявит коренные причины экологических проблем и заложит основу для планирования политики и целей, направленных на восстановление городских экологических систем.Работая с экологами, планировщики получают техническое представление об источниках и причинах экологических проблем, и они могут использовать эти знания для разработки планов по улучшению городских водоразделов, транспорта, районов и экономики.

Другой пример, касающийся окружающей среды и экономики, взят из плана Central City 2035. Город Портленд готов принять требование о зеленых крышах для нового строительства в центре города. Сомнительно, чтобы такое требование зашло так далеко без данных и информации, которые убедили планировщиков и лиц, принимающих решения, в том, что добавление зеленой крыши к новому строительству не является непомерно дорогим.

Роль экологов

Экологи играют много ролей в городском планировании. С точки зрения разработки научной основы городских планов экологи играют две важные и активные роли. Во-первых, они собирают и преобразовывают данные в информацию, которая может быть легко понята планировщиками и широкой публикой. Планировщики могут использовать эту информацию, чтобы установить окружающую среду в качестве приоритета в городском планировании. Данные сами по себе не очень полезны для планировщиков, но история, которую они рассказывают, имеет решающее значение.

Экологи также помогают планировщикам и членам сообщества понять связь между экологическими процессами и здоровьем человека. Например, гидравлика потока может повлиять на затопление, стоимость имущества, здоровье и безопасность людей. Деревья и растительность влияют на городской остров тепла и качество воздуха — два процесса, которые могут серьезно повлиять на здоровье человека. Наличие деревьев связано с улучшением успеваемости учащихся на тестах и ​​увеличением веса новорожденных при рождении. Экологи могут предоставить данные и информацию, которые показывают, как эти экологические процессы приносят пользу или вред здоровью человека.

Роль планировщиков

Планировщики — это связующее звено, объединяющее всех. Они могут привлечь экологов к процессу планирования и предоставить им возможность поделиться своими данными и информацией. Используя историю экологов, планировщики могут стимулировать безотлагательность расстановки приоритетов в отношении здоровья окружающей среды и помогают включать экологическую информацию в политику и цели городского планирования.

В то время как городские планы задают курс на будущее, они также должны предусматривать восстановление ущерба, нанесенного прошлыми действиями.Надвигающиеся экологические угрозы, такие как изменение климата, появление инвазивных видов растений и насекомых и нехватка воды, угрожают качеству нашей жизни. Городское планирование играет все возрастающую роль в восстановлении наших городов, и экологи необходимы для создания научной основы для городских планов.

В начале любого процесса планирования экология должна стать основополагающим принципом, на котором строится план. Специалисты по планированию и экологи могут работать вместе, чтобы сформировать экологическую основу для определения политики и целей планирования.Когда они работают вместе, планировщики и экологи узнают друг о друге и о том, как использовать сильные стороны друг друга, и они могут помочь всем нам получить более сложное понимание мира, в котором мы живем. При этом планировщики и экологи вместе могут создавать городские планы, которые продвигают наши сообщества к большей устойчивости, защищая окружающую среду и здоровье человека.

Каталожные номера

Город Портленд, План Портленда , http://www.portlandonline.com/portlandplan/index.cfm?c=58776

Город Портленд, 2005 Портленд План управления водоразделом

О писателе:


Кэти Койн

Кэти возглавляет Студию городской экологии в Asakura Robinson, где она является страстным сторонником дизайна, основанного на изучении пересечения социальных и экологических систем.

Кэти Койн

Может ли городская экология быть связующим звеном? да. Атланта работает над общегородской рамочной программой городской экологии, которая делает большие успехи, чтобы соединить точки.

Чтобы лучше интегрировать экологию в планирование, нам необходимо лучше совмещать планы и инициативы, связанные с множеством различных систем, действующих в городе. Постоянный разрыв между существующими планами и инициативами в наших городах и регионах как в тематическом, так и во временном масштабе является одним из основных препятствий на пути к устойчивости. Без четкой увязки планов друг с другом мы упускаем возможности максимизировать коллективное воздействие на различные системы и с меньшей вероятностью найдем способы осмысленной и целостной интеграции экологии.

В настоящее время в Остине, штат Техас, ведется крайне спорная переработка кодекса землепользования, которая существенно не учитывает предыдущие планы. Одновременно осуществляется ряд процессов планирования, которые напрямую влияют на городской кодекс землепользования и/или будущую структуру нашего города, но нет четкого пути к обеспечению синергизма между всеми этими усилиями. Из-за этих разногласий Комиссия по охране окружающей среды города недавно приняла резолюцию, в которой рекомендовалось сотрудникам города работать над согласованием и четкой демонстрацией связей и синергии между планами, инициативами и программами между департаментами, чтобы максимизировать коллективное воздействие инициатив города; и работать над согласованием и четкой демонстрацией взаимосвязей и синергизма между вышеуказанными планами и инструментами и окончательным проектом кодекса землеустройства.

Следующие недавние или текущие проекты и инструменты планирования находятся на разных стадиях разработки, каждый из которых управляется отдельным отделом или организацией:

  • Генеральный план «Остин Уотер Форвард» — Утилита водоснабжения Остина
  • Комплексный план зеленой инфраструктуры — Департамент защиты водосборных бассейнов города Остин
  • Функциональная зеленая программа — предлагаемая пилотная программа, размещенная в Департаменте услуг по развитию города
  • .
  • План действий по адаптации к изменению климата — Управление устойчивого развития города
  • Долгосрочный план земли, объектов и программ (долгосрочный план парков) — Департамент парков и отдыха города
  • Инструмент управления акциями — Управление по управлению акциями города
  • Project Connect — CAPMETRO
  • Стратегический план мобильности — Департамент транспорта города
  • Стратегический план жилищного строительства Остина — Департамент жилищного строительства и общественного развития города

Ранее, в 2017 году, я был сторонником резолюции, принятой городским советом Остина, которая предписывала Департаменту защиты водоразделов разработать «план для планирования», в котором были бы указаны ключевые элементы, необходимые для создания вышеупомянутого интегрированного плана зеленой инфраструктуры ( IGIP) — первый в своем роде в штате Техас.В то время я надеялся, что этот план сможет, по крайней мере, начать связывать воедино беспорядок планов, перечисленных выше, с существующими планами, такими как план городских лесов. Меня неоднократно уверяли, что этот план будет целостным. Однако на недавней встрече человек из лучших побуждений назвал IGIP «планом водораздела», только подтвердив мои опасения, что он, вероятно, станет слишком узким.

В городе Остин не существует официальной структуры или стимулов для содействия межведомственной координации и сотрудничеству в отношении планов и программ.Нельзя сказать, что этого не происходит вовсе — многие сотрудники на всех уровнях различных отделов осознают эту необходимость и делают все возможное для совместной работы. Однако разрозненность, которая существует и со временем укрепилась, приводит к тому, что планы «принадлежат» отдельным отделам. Дифференциальные бюджеты и, как следствие, динамика профицита/дефицита между различными отделами еще больше усложняют процесс привлечения отделов к более тесному сотрудничеству. У некоторых департаментов (относительно) полно средств, которые позволяют им быть инновационными и рисковать новыми проектами, в то время как, например, статья Департамента парков и отдыха в городском бюджете даже не покрывает отсроченное обслуживание городских парков.В PARD есть новаторские умы, команды и лидеры, но когда появляются нестандартные идеи (или действительно что-то, что не вписывается в статус-кво операций), общей реакцией является страх и пессимизм по поводу результата. что, я могу только предположить, напрямую связано с беспокойством по поводу бюджета. Это напрямую влияет на экологические преимущества, которые мы могли бы получить от нашей системы парков благодаря продуманному и инновационному городскому экологическому проектированию и планированию.

Два вопроса в конце:

  1. Может ли экология быть осмысленно интегрирована в города без синергии между планами и отделами? да.Но для этого требуется гораздо больше людей, которые знают и понимают экологию, распределенную по нескольким отделам, и влияние никогда не будет таким большим по сравнению с коллективными усилиями.
  2. Может ли городская экология быть связующим звеном? да. Атланта работает над общегородской рамочной программой городской экологии, которая делает большие успехи, чтобы соединить точки. На мой взгляд, за исключением переосмысления практики управления нашим городом сверху вниз, Остинская концепция городской экологии могла бы стать частью решения, если бы она повлекла за собой сочетание городских лесов, устойчивости, водоснабжения, управления водосборами и экологии. планы инфраструктуры; и содержательно учитывал жилье, транзит и справедливость.

Итак, каков следующий шаг планировщиков в Остине, штат Техас, если они заинтересованы в интеграции экологии в планирование? Говорите, когда видите упущенные возможности для сотрудничества. Прежде всего, в этом сообществе нам нужно выйти из наших ведомственных бункеров и найти лучшие возможности для коллективного воздействия там, где мы пересекаемся.

Есть замечательная песня Ани Дифранко под названием Overlap, которая звучит примерно так:

потому что я знаю, что есть сила
в различиях между нами
и я знаю, что есть комфорт
там, где мы пересекаемся

Лично я чувствовал бы себя намного комфортнее, если бы мы чаще пересекались.

О писателе:


Джорджина Каллман

Джорджина Каллман, доктор философии. работает экологом в Департаменте парков и зон отдыха Нью-Йорка. В составе Группы природных ресурсов NYC Parks д-р Каллман проводит исследования и дает рекомендации по защите и улучшению природных территорий и биоразнообразия города.

Джорджина Каллман и Лорен Смоллс-Манти

Комплексные межведомственные инициативы дают возможность «экологии» играть центральную роль в создании общей инфраструктуры.

Для достижения важнейших социальных и экологических целей экология должна играть более важную роль в городском планировании. Во-первых, лучшая интеграция «экологии» в планирование выполняет наше обязательство по защите городского биоразнообразия и минимизации воздействия на нечеловеческих жителей наших городов. Во-вторых, включение экологии в планирование может обеспечить «зеленые» решения общих проблем городского дизайна, включая смягчение негативного воздействия урбанизации на здоровье человека. Наконец, включение экологии в городское планирование может позволить горожанам соединиться с миром природы и обеспечить поддержку окружающей среды в большинстве городских районов.Поскольку экология касается того, как живые существа соединяются друг с другом, включение экологии в планирование требует координации между различными агентствами. При правильном внедрении эти подходы приносят надежные сопутствующие выгоды.

В Нью-Йорке регулирование зонирования — это способ сохранения биоразнообразия посредством городского планирования. Четыре особых района в Статен-Айленде и Бронксе были определены из-за их уникальных геологических и биологических особенностей. Например, Статен-Айленд является домом для некоторых из самых больших и ярких экосистем в городе, таких как уникальные змеиные пустоши.В настоящее время Департамент городского планирования работает с Департаментом парков и отдыха (парки Нью-Йорка) и другими организациями над пересмотром правил зонирования для этих особых районов. Цель состоит в том, чтобы сохранить существующую среду обитания на частных землях, улучшить связь и усилить буферизацию общественных охраняемых территорий. Эти правила все еще пересматриваются, но будут включать минимальные требования к посадкам, правила проектирования участков для оптимизации сохранения среды обитания и максимальные уровни непроницаемой поверхности. Статен-Айленд, в частности, находится под растущим давлением развития.Эти правила зонирования будут иметь решающее значение для сохранения биоразнообразия на частных землях.

Зеленая инфраструктура является основным компонентом стратегии города Нью-Йорка по решению общих городских проблем, таких как управление ливневыми стоками и эффект городского острова тепла. Для управления ливневыми стоками одной из проблем является существующая городская инфраструктура, примерно 60 процентов которой представляет собой комбинированную систему канализации и ливневой канализации. В дождливые дни система Нью-Йорка часто перегружается из-за притока ливневых вод.Штормы выбрасывают смесь неочищенных ливневых и сточных вод в водные пути города. Это негативно влияет на качество воды и возможности для отдыха. В ответ Департамент охраны окружающей среды города Нью-Йорка в партнерстве с NYC Parks установил дождевые сады на полосе отчуждения, чтобы помочь управлять ливневыми водами в районах, подверженных чрезмерным наводнениям.

Эффект городского острова тепла – это городская проблема, усугубляемая изменением климата, которое серьезно сказывается на уязвимых группах населения.В городских центрах увеличение непроницаемых поверхностей и уменьшение площадей с растительностью уменьшают эвапотранспирацию — механизм, который приводит к охлаждению. Возвращение растительности через зеленую инфраструктуру смягчает этот эффект, увеличивая скорость эвапотранспирации, увеличивая проницаемую площадь поверхности города и создавая тень. Инициатива Cool Neighborhoods — межведомственный план по смягчению последствий жары для Нью-Йорка — включает в себя некоторые из этих стратегий.

Наконец, NYC Parks работает над расширением доступа к высококачественным зеленым насаждениям для всех жителей Нью-Йорка.В рамках Инициативы общественных парков компания NYC Parks определила 35 парков по соседству для целевых инвестиций, чтобы удовлетворить потребности растущего населения и исправить прошлые недостаточные инвестиции. В случае успешной реализации 200 000 жилых домов будут находиться в десяти минутах ходьбы от благоустроенной зеленой зоны.

NYC Parks стремится повысить уровень охраны окружающей среды с помощью государственных программ. Например, рейнджеры городских парков организуют индивидуальные мероприятия на природе для школьных групп, семей и взрослых в своих местных парках.Чтобы поощрить управление и защиту интересов на общегородском уровне и стимулировать увеличение инвестиций в охрану природных территорий, организация по охране природных территорий (NAC) запустила NYC Nature Goals 2050. Эта инициатива объединила более 60 организаций и определила 25 измеримых и практических задач в рамках пяти основных целей. Команда Parks Stewardship вовлекает жителей Нью-Йорка в мероприятия по восстановлению и тренинги, в то время как NYC Partnerships for Parks предоставляет семинары, гранты и другие ресурсы группам парков по соседству.Инвестиции NYC Parks в отдельных волонтеров, общественные группы и создание коалиций — это стратегия привлечения жителей Нью-Йорка в качестве защитников своих парков.

Интеграция экологических аспектов в процесс планирования дает многочисленные сопутствующие выгоды. Например, пересмотр правил зонирования Особого района защитит биоразнообразие, уменьшит проблемы с управлением ливневыми стоками и сохранит районный характер перед лицом развития. Эти комплексные межведомственные инициативы дают возможность «экологии» играть центральную роль в создании общей инфраструктуры.Это отвечает потребностям людей и биоразнообразия, одновременно повышая устойчивость к изменению климата.

Об авторе:


Лорен Смоллс-Манти

Лорен Смоллс-Манти, доктор философии, инженер-эколог, работает в Департаменте парков и мест отдыха Нью-Йорка. В составе Отдела лесного хозяйства, садоводства и природных ресурсов д-р Смоллс-Манти выступает в качестве координатора проекта повышения устойчивости городов к жаре в рамках Инициативы «Прохладные районы».

О писателе:


PK Das

P.K. Дас широко известен как архитектор-активист. Делая чрезвычайно сильный акцент на совместном планировании, он надеется интегрировать архитектуру и демократию, чтобы добиться желаемых социальных изменений в стране.

ПК Das

Развитие коллективной идентичности

Давайте начнем нашу дискуссию с признания того, что неудача в достижении устойчивой экологии является вызовом для наших коллективных возможностей, способностей и способности делиться знаниями в рамках многоотраслевых проблем.И не только эти две группы, а все.

Раз уж мы расположились с выпивкой, начинаем наш диалог. Могу я предложить поменяться ролями, чтобы планировщики выступали как экологи, а экологи — как планировщики? Согласны ли вы с тем, что такой подход в нашем диалоге укрепит наше уважение друг к другу и обеспечит прочное взаимопонимание и усилия для достижения устойчивого будущего?

Не странно ли, хотя и не удивительно, что мы, специалисты, разделены на категории и разделены, как люди и места постоянно разделены в неолиберализированном и приватизированном мире.Планировщики и экологи также считаются двумя отдельными и независимыми группами с искаженным представлением о том, что вопросы, касающиеся природы и окружающей среды, лежат исключительно в сфере экологии, а планировщики находятся вне ее. Разве планирование не должно включать и отражать вопросы, касающиеся окружающей среды и экологии? Разве экологи не должны активно заниматься идеями и методами планирования? Разве мы не подошли к этапу, когда объединение знаний и исключительных областей должно быть переплетено, вызывая сдвиг парадигмы в том, как мы думаем, понимаем и классифицируем различные вопросы, относящиеся к вопросу устойчивости?

Тот факт, что только избранные люди и группы колонизировали или были обучены колонизировать личность эколога, вызывает озабоченность.Точно так же проектировщики, не говоря уже о пустых словах, держались в стороне от решения важнейших экологических и экологических проблем. Дело в том, что природу во всех ее проявлениях вкупе с потребностями и стремлениями развития человека следует именовать экологией. Это должно быть нашим мировоззрением и формировать основу для конституирования коллективной идентичности. Ибо такая деколонизация и понимание в значительной степени способствовали бы успеху устойчивой экологической миссии. Кроме того, такая деколонизация поможет разрушить многочисленные барьеры между людьми и доминирующим мышлением о разделении между потребностями развития и природой, что позволит демократизировать идеи, планы и действия в более широких экологических интересах.

Итак, давайте начнем нашу дискуссию с признания того, что неспособность достичь устойчивой экологии является вызовом для наших коллективных возможностей, способностей и способности делиться знаниями в рамках многоотраслевых проблем.

Тогда перед нами встает вопрос: почему только две группы избранных? Почему мы не общаемся с другими разными людьми и не способствуем более широкому вовлечению и участию общественности, не ведем активную общественную кампанию и диалог? Как можно мобилизовать общественные действия, зная, что это глубоко влияет на решения, принимаемые правительствами? Как идея устойчивой экологии может стать общеизвестной, выходящей далеко за рамки краткосрочных потребностей и потребностей повседневной жизни, какими бы важными они ни были? Наша реальная задача заключается в нашей способности сломать эти многочисленные барьеры, которые мы последовательно возводили с течением времени и которые разорвали запутанные и интимные отношения на всех существовавших уровнях.

Деколонизация знаний и эксклюзивных владений является самой трудной задачей для нас, различных обособленных «экспертов» или «специалистов». Это дестабилизировало бы нас по-разному — устоявшиеся позиции, самоуспокоенность и наше профессиональное высокомерие. Точно так же нас беспокоит более широкое явление постоянного разделения и фрагментации городов, поскольку это тоже влияет на индивидуализм эксперта. Именно индивидуализм и самоудовлетворение стоят на пути интеграции и объединения людей и мест.Мы осознали, как свободный рынок и приватизация в условиях неолиберализации и глобализации систематически способствовали индивидуализму и самоудовлетворению, тем самым заставляя нас вмешиваться в нынешнюю политическую тенденцию.

Таким образом, крайне важно рассмотреть и разработать идеи устойчивой экологии как фундаментальной части социальной и политической конструкции. Это должно выйти за рамки стереотипного понимания многих правительств и экспертов в отношении территориализации и баррикадирования природных элементов и территорий для их защиты и сохранения.Экология как сложный коктейль из природной и искусственной среды и пути их интеграции и объединения действительно являются нашим коллективным приоритетом.

Природные элементы и области постоянно подвергались нападению, нападениям, повреждению и полному уничтожению на обширных территориях. Земля и окружающая среда были повреждены до такой степени, что они утратили способность к регенерации. В результате среда обитания человека находится под критической угрозой. Жизнь в городах становится все более неустойчивой, создавая угрозу для здоровья и благополучия.

Во всем мире, в разных странах, мы пытались противостоять и укротить природу и природные силы, демонстрируя свое высокомерие и силу, каждый раз, к сожалению, терпя жалкое поражение. Тем не менее, мы продолжаем прилагать аналогичные усилия, занимаясь различными проектами под видом развития. Правительства и правящие классы продолжают планировать и осуществлять пагубные для окружающей среды работы, будь то беспорядочное захоронение отходов, уничтожение мангровых зарослей, отвод рек и захоронение естественных русел рек, истощение лесов и так далее.Создавать больше синдромов, движимых краткосрочным интересом к недвижимости, активно реализуется при активной государственной поддержке, несмотря на то, что эти проекты никоим образом не отвечают более широкому общественному интересу.

Наша задача — восстановить вместе с природой и перестать бросать ей вызов. Это означало бы переосмысление наших городов и изменение парадигмы в том, как различные работы или проекты задуманы и реализованы. Это означало бы, что многие части наших городов и поселков должны быть уничтожены или перестроены из их устоявшихся форм и местоположений в новые.Мы должны вместе работать над тем, чтобы постепенно менять наши города. Давайте, как пестрая группа экологов в этом баре, начнем нашу совместную работу, взяв на себя задачу подготовки карт наших городов для устойчивого будущего. Это, наряду с ремонтом, восстановлением, рекультивацией, сохранением и питанием всех природных территорий, элементов и условий, должно быть планом немедленных действий.

Природные территории вместе с необходимыми буферными зонами должны быть нанесены на карту совместно, а также должны быть зарегистрированы открытые данные, касающиеся экологических взаимосвязей, включая те, которые уже существовали.Работы по развитию должны планироваться и осуществляться с учетом всех этих природных условий. Восстановление экологических сетей и связей, в том числе новых, станет основой планирования землепользования и работ по развитию. Тщательно спланированная поэтапная реализация, основанная на таком новом представлении, должна развиваться и настойчиво проводиться с более широкими общественными консультациями. Нет другой альтернативы, кроме как совместными усилиями экологов вести кампанию по демократизации и достижению этой цели.

 

Об авторе:


Дэвид Гуд

Дэвид Гуд имеет более чем 40-летний опыт работы как в центральных, так и в местных органах власти в Великобритании и имеет международную репутацию в области экологических проектов, от сохранения водно-болотных угодий до устойчивого развития городов.

Дэвид Гуд

От черной дыры к городскому метаболизму: сотрудничество имеет решающее значение

Я вижу время, когда городское планирование будет основываться на экологических принципах.Понимание метаболизма города, того, как материалы и энергия перемещаются по системе, ничем не отличается от мира природы. Экологи хорошо разбираются в такого рода подходе.

О нет, только не снова! Мы проходили через это так много раз за последние пятьдесят лет. В 1970-х годах правительство Великобритании провело расследование взаимосвязи между экологией и планированием, которое пришло к выводу, что между ними существует черная дыра. Эти две дисциплины развились из очень разных корней.Одна из них — это, по сути, наука, посвященная пониманию того, как устроен мир природы. Другой – это процесс, направленный на наиболее эффективное удовлетворение потребностей людей. В 1970-х они мало разговаривали друг с другом. Планировщики жаловались, что не понимают экологов, потому что их отчеты изобилуют латинскими названиями и почти не объясняют контекст или значение. На самом деле, у каждого из них есть свой собственный язык и философская точка зрения. Экологам также было трудно понять, какие советы действительно нужны планировщикам.Нам нужно было гораздо больше разговаривать вместе.

В 1982 году я оказался в более продуктивной ситуации, когда меня назначили старшим экологом в группу стратегического планирования Совета Большого Лондона. Моя работа заключалась в разработке набора экологических политик, которые должны были стать важной частью пересмотренного плана развития столицы. Работать с планировщиками над разработкой политик, которые затем будут реализованы, было очень приятно. В одной из политик, касающихся борьбы с наводнениями, говорилось, что «… Совет определит поймы Темзы и ее притоков, которые должны быть защищены от застройки, и советы лондонских районов должны, соответственно, способствовать защите этих территорий посредством своих местных планов и контроля за развитием.Другой заявил, что «будет презумпция против застройки в пределах Участков особого научного интереса, установленных законом местных природных заповедников и других экологически уязвимых территорий». Это было в то время, когда в существующем плане развития Лондона не было упоминания ни об экологии, ни о сохранении природы.

Экологическая политика должна быть четко определена как основа для стратегического планирования, и она должна иметь сильную политическую поддержку. У нас, безусловно, была такая поддержка, и наряду с этим мы получили пользу от широкой общественной поддержки экологических проблем.Но я всегда осознавал, что те из нас, кто работает экологами, как правило, считаются скорее второсортными по сравнению с другими профессиями землеустроителей. У нас не было профессионального института экологии. Да, в Великобритании было первое Экологическое общество в мире, но это была в основном академическая организация для изучения экологических наук. Нам нужен был институт, аналогичный институтам проектировщиков, архитекторов и геодезистов. Поэтому несколько ведущих специалистов-практиков в области экологии продвигали эту идею в конце восьмидесятых годов, в результате чего в 1991 году был открыт Институт экологии и природопользования.Недавно он получил Королевскую хартию, которая дает практикующим экологам такой же статус, как и представителям других профессий.

Есть еще антагонизмы. Многие проектировщики и застройщики, столкнувшиеся с охраняемыми видами на дорогостоящем участке застройки, видят в экологии проблемы только с точки зрения временных и финансовых затрат. К сожалению, блага природы — не первое, что они видят. Но есть несколько замечательных примеров, когда местный отдел планирования увидел возможность заботиться о природе, а не видел в ней проблему.В 2011 году окружной совет Южного Кембриджшира получил награду Института экологии за лучший опыт за деревенский проект под названием «Спасти фулбурнских стрижей ». Все, что они сделали, это потребовали, чтобы скворечники для стрижей были встроены в большое количество новых домов. Результат понравился местным жителям. Разработчики тоже отвечают. Мне сказали, что один застройщик был настолько впечатлен положительным эффектом новых природных ландшафтов с точки зрения общественного отклика и, возможно, также увеличения стоимости собственности, что теперь намеревается создать такие ландшафты для всех своих жилищных схем.

Я считаю, что повышение статуса экологии и экологов благодаря Королевской хартии оказало очень положительное влияние на нашу способность продвигать экологические решения для решения некоторых ключевых проблем, стоящих перед нами сегодня. Планировщики больше не могут не знать о глобальном изменении климата. За последние двадцать лет были разработаны многочисленные планы действий по уменьшению воздействия изменения климата на большие города, особенно прибрежные города. Варианты адаптации были рассмотрены достаточно подробно, и это становится обычной практикой, когда это делается на мультидисциплинарной основе.Экологи, планировщики, экономисты, страховщики и ученые-климатологи работают вместе, чтобы найти наилучшие возможные решения на основе текущих сценариев. Идеи, которые впервые были выдвинуты экологами в начале 1990-х годов и довольно часто высмеивались в то время, теперь применяются в качестве основных решений экологами нового поколения, очень часто работающими в сотрудничестве с городскими дизайнерами, архитекторами и планировщиками. Зеленые крыши, вертикальные водные сады и устойчивые схемы дренажа — все это часть этого нового городского ландшафта.

Признание того, что природные ландшафты в городах обеспечивают ценные экосистемные услуги, уже выдвинуло экологические знания на передний план городского проектирования, подтвердив необходимость совместных подходов. Преимущества природных ландшафтов не ограничиваются улучшением физических факторов, таких как температура окружающей среды, влажность и затопление. Польза биоразнообразия для здоровья горожан становится общепризнанной, влияя как на физическое, так и на психическое здоровье.Экология города становится все более важной.

Но я также вижу время, когда городское планирование в целом будет основываться на экологических принципах. Понимание метаболизма города, того, как материалы и энергия перемещаются по системе, ничем не отличается от мира природы. Экологи хорошо разбираются в такого рода подходе. От понимания метаболизма города до использования этих знаний при проектировании действительно умного города — всего лишь небольшой шаг. Я верю, что экологи будут играть важную роль в создании наших будущих городов.Экологи вполне могут заменить сегодняшних планировщиков.

Я бы хотел обсудить это с планировщиками.

Марк Хостетлер

Различные перспективы дерева. Источник: www.cyburbia.org

Экология сохранения часто переводится в сохранение сообществ растений и животных, а синергетические выгоды часто не передаются. Планировщики могут не знать, что включение «экологии» в планирование имеет множество преимуществ для граждан.

Как эколог, я хотел бы обсудить, как включение экологии в планирование имеет много синергии с другими инициативами планирования, такими как эффективный транспорт, энергия, вода и улучшение условий жизни и здоровья человека.Часто природоохранная экология переводится в сохранение растительных и животных сообществ, а синергетические выгоды часто не передаются. Планировщики могут не знать, что включение «экологии» в планирование имеет множество преимуществ для граждан. Имея это в виду, я выделю несколько синергий ниже[1].

Сохранение деревьев и услуг:  Городские деревья могут предоставлять множество ценных услуг, помимо среды обитания диких животных. Например, деревья уменьшают поток ливневых вод, перехватывая часть дождя, когда он попадает на листья, ветки и стволы.Это может быть значительной экономией; например, в столичном регионе Вашингтона, округ Колумбия, существующий 46-процентный навес деревьев снижает потребность в сооружениях для удержания ливневых стоков на 949 миллионов кубических футов, что оценивается в 4,7 миллиарда долларов за 20-летний строительный цикл (исходя из стоимости строительства 5 долларов за кубический фут). [2]. Деревья также улучшают качество воздуха, поскольку они удаляют из атмосферы многие загрязняющие вещества, в том числе двуокись азота (NO 2 ), двуокись серы (SO 2 ), озон (O 2 ) и окись углерода (CO).Покрытие деревьев значительно снижает затраты на электроэнергию; Компания American Forests обнаружила, что древесный покров в районе Атланты экономит жителям примерно 2,8 миллиона долларов ежегодно за счет снижения затрат на электроэнергию[3].

Природные территории обеспечивают общее зеленое пространство для взаимодействия и воссоздания людей . Создание зеленой инфраструктуры с точки зрения карманных и природных парков создает у жителей сильное ощущение места за счет включения зеленых насаждений и пешеходной доступности в их проекты. Это дает жителям возможность общаться и наблюдать за дикой природой в ее естественной среде.Исследование показало, что на чувство места, привязанность и удовлетворение влияли не только социальные конструкции, но и ландшафтные атрибуты природной среды[4]. Многие считают, что традиционный дизайн без пешеходных кварталов или зеленых зон контрпродуктивен для удовлетворения потребности человека в общении[5], а городские жители действительно хотят чувства общности[6]. Близлежащие природные территории часто используются для ознакомления людей с окружающей средой и историей человечества. Недавнее исследование показало, что неструктурированные природные территории помогают детям в более позднем возрасте; у них было более позитивное восприятие окружающей среды и активного отдыха[7].

Охраняемые природные территории могут повысить стоимость недвижимости . Большинство домовладельцев считают здоровые природные сообщества в непосредственной близости от домов эстетически привлекательными. Это означает экономическую ценность зеленых насаждений[8]:

    •  «Покупатель дома, говоря… через рынок, по-видимому, продемонстрировал большее желание иметь дом с доступом… к постоянно охраняемой земле, чем дом, расположенный на большем участке, но без удобств открытого пространства.
    • «Высший рейтинг открытых пространств/парков/зон отдыха среди факторов, используемых малым бизнесом при выборе нового места для бизнеса».
    • «Процент жителей Денвера, которые в 1980 году заявили, что готовы платить больше за проживание рядом с зеленым поясом или парком: 16 процентов. Процент тех, кто так сказал в 1990 году: 48 процентов».

Сохранение естественной среды обитания может снизить затраты на орошение . Местные растения адаптировались к ежегодной смене влажных и засушливых сезонов. Сокращая количество формального озеленения и сохраняя природные территории, города могут уменьшить или устранить потребность в дополнительном орошении.Это экономит деньги для городов.

Взаимодействие с природными территориями способствует укреплению здоровья человека. Появляется все больше свидетельств того, что психологическое и физическое благополучие человека коренится в его связи с природой. В разговорах о «биофилии» и «глубинной экологии» обсуждается сложная связь между природой и человеком.[9] Несмотря на то, что многие люди живут в городской среде и большую часть своей жизни проводят в автомобилях, домах и других зданиях, их эмоциональное благополучие и здоровье зависят от их способности соприкасаться с природой.Способы, которыми строятся и поддерживаются города, имеют прямые и косвенные последствия для природной среды и здоровья человека. Люди быстрее восстанавливаются после стресса, когда подвергаются воздействию естественной растительности, а не городской среды[10]. Особенно важно, чтобы дети играли на улице. В статье Environment and Behavior 2003 года говорится, что доступ к природным территориям защищает детей от воздействия жизненного стресса[11]. Уровень стресса снизился, поскольку дети проводили больше времени, играя на улице, и эта защитная буферизация усиливается с повышением уровня стресса у детей.Кроме того, количество времени, проведенного в контакте с природой, влияет на различные факторы здоровья человека, такие как уровень когнитивных функций[12], количество физических недомоганий[13] и скорость выздоровления после болезни[14].

Таким образом, цели планирования, направленные на здоровые, пригодные для жизни города, должны включать экологию и сохранение растительных и животных сообществ. Могу поспорить, что разнообразие растений и животных тесно связано со здоровьем и благополучием людей в городах.

Примечания:
[1] Хостетлер, М. 2012. Зеленый скачок: учебник по сохранению биоразнообразия в развитии микрорайонов. University of  California Press, Berkeley, CA
[2] Источник http://www.americanforests.org/resources/urbanforests/naturevalue.php
[3] Источник http://www.americanforests.org/resources/urbanforests/naturevalue .php
[4] Stedman, RC 2003. Действительно ли это просто социальная конструкция? Вклад физического окружения в ощущение места. Общество и природные ресурсы  16: 671-685.
[5] Бенфилд, К. Ф., Рэйми, М. Д., и Чен, Д. Д. (1999). Когда-то были зеленые поля: как разрастание городов подрывает окружающую среду, экономику и социальную ткань Америки. Совет по защите природных ресурсов.
[6] Браун, Б. Б., Бертон, Дж. Р., и Суини, А. Л. (1998). Соседи, домохозяйства и парадные крыльца: новый инструмент сообщества урбанистов или простая ностальгия? Окружающая среда и поведение , 30, 579-601
[7] Бикслер, Р.Д., Флойд, М.Ф. и У.Е. Хэммит. 2002. Социализация в окружающей среде — количественные тесты гипотезы детских игр. Окружающая среда и поведение  34(6): 795-818.
[8] Источник — Trust for Public Land — https://www.tpl.org/economic-benefits-parks-and-open-space-1999#sm.000q846xjt0ucuv108o2l4few03yr
[9] Wilson, E.O., and S.R. Келлерт. 1995. Гипотеза биофилии. Вашингтон, округ Колумбия: Island Press.
[10] Ульрих Р.С., Р.Ф. Саймонс, Б.Д. Лосито, Э. Фиорито, М.А. Майлз и М.Зельсон. «Восстановление после стресса во время воздействия природных и городских условий». Журнал Психология окружающей среды 11(3): 201–230.
[11] Уэллс, Н.М., и Г.В. Эванс. 2003. «Природа рядом: буфер жизненного стресса среди сельских детей».  Окружающая среда и поведение  35:311–330.
[12] Каплан, Р. и С. Каплан. 1989. Опыт природы: психологическая перспектива. Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета.
[13] Мур, Е.О. 1981. «Влияние тюремной среды на потребности в медицинской помощи.
Journal of Environmental Systems 11:17–34.
[14] Ульрих, Р.С. 1984. «Вид из окна может повлиять на восстановление после операции».
Наука  224:420–421.

Об авторе:


Эльза Лимассет

Эльза Лимассет — инженер-эколог Французской национальной геологической службы (BRGM), расположенной в Орлеане, Франция. Она работает в команде по загрязненным землям в отделе окружающей среды и экотехнологий.

Эльза Лимассет

Почвы являются основой для сохранения или интеграции природы в городах.

Не забываем о «городских почвах» в городской экологии

Включение природы в городское планирование в надежде принести больше пользы людям, биоразнообразию или даже экономике, в первую очередь требует, чтобы города создавали место для природы. Действительно, чтобы сделать это возможным, экологи и экологи должны играть более важную роль в городском планировании и восстановлении землепользования, особенно в оказании помощи в повседневной оценке этих преимуществ.

Уже есть несколько городов, которые интегрировали важность оценки экологических и социальных ценностей, связанных с природными решениями.Во Франции, например, на таких основаниях оценивалась регенерация бывшего военного объекта в городе Анже в комбинированный жилой и зеленый инновационный ландшафт (район Ило-Дежарден). Город предпринял попытку оценить новые разработки, взглянув, например, на их функциональность, доступность, способность к регулированию окружающей среды (например, способность проникновения в почву) и экологическую непрерывность. Некоторые оцениваемые критерии, такие как эстетичность и эффективное использование, были основаны на оценке местных жителей.Несмотря на то, что все больше и больше французских городов проявляют интерес к концепции экосистемных услуг и их оценке, такие соображения не носят систематического характера, и пока нет готовых общенациональных рамок, которые можно было бы предложить. Кроме того, одна из трудностей в этом заключается в том, что между заинтересованными сторонами могут возникнуть конфликты, если они ожидают разных услуг от одной и той же «системы».

Еще один специалист, который должен прийти и поддержать городского эколога, — «почвовед». Можно забыть, но города и особенно природа или благоустроенные территории зависят от почв.Поскольку их генезис — очень медленный процесс, почвы — невозобновляемый ресурс во временных масштабах человечества. Они являются как опорным элементом, так и неотъемлемым компонентом городских объектов и ландшафта в целом. Они полностью являются частью окружающей среды, и их необходимо учитывать при попытке сохранить или внедрить природу в города. Действительно, почва также является опорой для биоразнообразия, деревьев и населяющей ее фауны. Однако, если об экологии думать задним числом, может быть трудно создать прочное сожительство.Следует также иметь в виду, что долгосрочная продуктивность почвы для конкретного растения может со временем снижаться из-за прогрессирующего подкисления и выщелачивания дождевыми осадками. Это естественный процесс, который обязывает, например, французских фермеров регулярно известковать верхний горизонт своих почв, чтобы поддерживать рН вблизи нейтрального значения. Затем почвы следует рассматривать как динамические системы с функциями, которые могут изменяться с течением времени.

 

Карлен и др. (1997) определили качество почвы как «способность определенного вида почвы функционировать в пределах естественных или управляемых экосистемных границ, поддерживать продуктивность растений и животных, поддерживать или улучшать качество воды и воздуха, а также поддерживать здоровье человека и жилье .Только в последние годы почвоведы стали интересоваться (много)функциональностью почв в городских районах (в отличие от важности сельскохозяйственных почв, которым уделялось больше внимания), их качеству, их разнообразию и использованию обществом. делает из них.

Конечно, почва играет фундаментальную роль в процессах городского планирования и «ожидаемых услугах» в целом. Действительно, планировщики полагаются на некоторые основные функции почвы, такие как «запечатанный грунт» для дорог, «инженерные свойства грунта» для поддержки зданий или просто «искусственный грунт» для зеленой инфраструктуры, такой как парки, уличные деревья… Однако другие функции почвы становятся все более популярными. представляющие интерес, такие как «плодородие» для городского сельского хозяйства, которое становится все более и более популярным.Кроме того, почва является фундаментальным компонентом континентальных водных циклов. Это могло бы способствовать устойчивому управлению городскими стоками, способствуя проникновению дождевой воды и восполнению запасов подземных вод (за счет ограничения непроницаемых поверхностей), а также регулированию поверхностных вод за счет ограничения наводнений. Некоторые города переосмыслили инфильтрацию воды и пополнение грунтовых вод, убрав существующие непроницаемые поверхности в пользу песка, гравия или травы в некоторых районах. Еще одна функция, представляющая интерес для градостроителей в контексте реконструкции городов, заключается в том, что почвы могут сохранять или разлагать некоторые загрязняющие вещества в зависимости от их химического и биологического состава.Наконец, почвы также являются поглотителем или источником калорий и могут использоваться в качестве теплообменника, охлаждая или нагревая окружающие здания.

Таким образом, функции почвы, отличные от опоры для зданий, являются основой для сохранения или имплантации природы или поддержания других услуг в городах. Почвоведы, городские гидрологи, геомикробиологи и экологи должны обязательно участвовать в планировании, чтобы улучшить использование почвы и предоставление услуг, понимая, какие функции почвы будут мобилизованы, сохранены или реконструированы, когда это возможно.Этот новый способ совместной работы является фундаментальным и будет продвигаться вперед в городах с пониманием того, что почва не является конечным ресурсом, и необходимостью защиты ее многофункциональности. Во Франции некоторые города очень хотели бы интегрировать услуги «почвенной экосистемы» в свои стратегии планирования и полагаться на исследования и разработки для поиска решений.

Конечно, среди всех показателей, которые ученые и специалисты по планированию должны определять вместе, т. е. чтобы показать выгоды, связанные с услугами почвенных экосистем, финансовые затраты являются основными.Кроме того, недавнее законодательство (Loi ALUR 2014) призывает к возрождению городов и ограничению разрастания городов. Это ведет к переосмыслению городов и, таким образом, к тому, чтобы планировщики и застройщики, наконец, осознали, что если они пытаются вернуть природу в город устойчивым образом — поскольку это растущий спрос — им определенно нужно понять и интегрировать почву в изображение. Следует предпринять усилия, например, для более точного количественного определения выигрыша, который может быть получен за счет «рефункционализации» почвы, особенно если это помогает восстановить природу в некоторых деградированных районах.И последнее, но не менее важное: мы могли бы пойти еще дальше, надеясь, что в ближайшем будущем городские районы должны будут приспосабливаться к природе, а не природа к городам!

Рекомендуемые показания:

2014 Plante&Cité et Val’Hor les bienfaits du vegetal en ville – исследование научных исследований и методов анализа.

2017 М. Дж. Левин, К. Х. Дж Ким, Дж. Л. Морел, В. Бургхардт, П. Чажински, Р. К. Шоу, Рабочая группа IUSS SUITMA Почвы в городах – глобальные подходы к их устойчивому управлению SUITMA

О писателе:


Раген Пальма

Раген Пальма — филиппинский урбанист, в настоящее время изучающий международное планирование в Вестминстерском университете в Лондоне по программе Chevening.Следите за ее работами на сайте littlemissurbanite.com.

Раген Пальма

Рай и пустошь: важность экологии при планировании острова

Экологический подход к планированию улучшил (или мог бы) улучшить наш подход к туризму и проложил путь для Филиппин, чтобы интегрировать адаптацию к изменению климата и снижение риска бедствий в экологическое планирование.

Понимание экологии и экосистем при планировании жизненно важно для островов и городов с ограниченными ресурсами.Источник: https://commons.wikimedia.org/wiki/

На таком архипелаге, как Филиппины, реальное планирование невозможно без участия экологии. Давайте возьмем пример острова, который включает в себя вопросы туризма, грузоподъемности, управления отходами и социально-экономических последствий: остров Боракай.

Дело о Боракае

Боракай когда-то был одним из самых нетронутых островов Филиппин. Его белоснежный песок и прозрачная голубая вода сделали его раем для местных жителей и остального мира.После бума острова в 1970-х годах Боракай быстро привлекал туристов и неуклонно урбанизировался, чтобы удовлетворить потребности международного рынка.

Понимание экологии и экосистем при планировании жизненно важно для островов и городов с ограниченными ресурсами. Источник: http://cnnphilippines.com/news/2018/03/13/DOT-eyes-Boracay-shutdown-June-September-2018.html

Урбанизация в сочетании с отсутствием планирования и управления, особенно в случае остров с ограниченными землями и ресурсами, приводит к неизбежным экологическим последствиям.В 1997 году резкое падение числа туристов из-за обнаружения колиформных бактерий на Боракае вынудило правительство и частный сектор построить очистные сооружения, систему удаления твердых отходов и систему снабжения питьевой водой. В том же году Ecoplan International, Inc. представила оценку пропускной способности острова, сделав вывод о том, что в этом году пропускная способность превысила пороговые значения, и что тенденции (включая физические элементы, транспорт, восприятие туристов и т.) были уже неустойчивыми.

Неправильное обращение с окружающей средой и отсутствие знаний в области экологии всегда будут иметь свои последствия. Остров Боракай страдает от кишечной палочки, захоронения отходов и разрушения кораллов. Источник: http://news.abs-cbn.com/news/01/12/18/100-boracay-installations-warned-over-pollution-coliform-bacteria

. осознание того, что Боракай находится в опасности, фекальные колиформные бактерии все еще являются проблемой, а «загрязненные поверхностные стоки» влияют на прибрежные воды.За этим последовало «тревожное» ухудшение состояния кораллов и чрезмерный рост водорослей. Вместимость острова в 25 000 человек намного превышает его штат с населением 75 000 туристов. И это несмотря на многолетние усилия, такие как объявление острова особой туристической зоной и контроль национального правительства.

Понимание экологических ресурсов позволяет лучше управлять населением и следить за пропускной способностью островов. Источник: http://dzrhnews.com.ph/denr-eyes-limitation-boracay-businesses-installation

Хотя в настоящее время объявляются усилия по решению проблем, тянущихся десятилетиями, — закрытие острова на шесть месяцев (что и экономическая деградация), более качественные услуги по очистке сточных вод и канализационные системы, необходимое законодательство и «генеральный план», следующий за многочисленными другими генеральными планами, которые не были реализованы, — здесь мы видим, насколько очевидным является присутствие экологической перспективы в планировании и развитии островов.Газета New York Times еще в 1996 году многозначительно сформулировала дебаты между экономикой и окружающей средой: «…экономический прогресс борется с экологией, поскольку Филиппины изо всех сил пытаются повысить уровень жизни своего населения и догнать быстрорастущих азиатских соседей».

Урбанизация, туризм и быстрое физическое развитие создают нагрузку на окружающую среду. Предоставлено: Вирджилио Магигад. Источник: https://researchonline.jcu.edu.au/42120/1/43120%20Maguigad%20et%20al%202015.pdf

Включение экологии в планирование и многое другое

В 2014 году Совет по регулированию жилищного строительства и землепользования (HLURB) выпустил руководство по землепользованию на Филиппинах, интегрируя экологию в процесс планирования для городов и муниципалитетов.Он предусматривал построение от рифа до хребта, создавая профили и планы, включающие все типы экосистем, подходящие для островов и прибрежных районов. Это повысило осведомленность планировщиков и основных заинтересованных сторон о воздействии на окружающую среду и последствиях развития, сделав филиппинское планирование ближе к первоначальным природным ресурсам, а не просто к планированию на картах и ​​​​политических документах.

Экосистемное управление при планировании поощряется для землепользования и развития.Источник: https://www.slideshare.net/jrmadriaga/enhanced-clu-pandzollmh

Экосистемное управление — хорошее начало, и его еще предстоит реализовать в случае планирования Боракая. Ставить экологию на первое место в экологическом и городском планировании действительно жизненно важно для реализации планов развития, прогресса и долгосрочной устойчивости.

Но экология должна быть частью не только в области городского и экологического планирования. Для Боракая это открывает двери для управления, законодательства и индустрии туризма, чтобы по-настоящему понять, что на самом деле означает экологический туризм (или экотуризм), и отойти от его реальности, которая в настоящее время является иронией.Экологический подход к планированию также позволил Филиппинам интегрировать адаптацию к изменению климата и снижение риска бедствий в экологическое планирование.

Важность экологии невозможно переоценить при планировании — она имеет решающее значение для многих островов страны в определении того, сможем ли мы в долгосрочной перспективе сохранить рай, которым мы благословлены, или останемся с пустошами.

Каталожные номера:

(2018, 13 февраля). Что было раньше: экологические проблемы Боракая.Филиппинский Daily Inquirer. Получено с http://newsinfo.inquirer.net/968277/what-went-before-boracays-environmental-issues

.

Палабрика, Р. Дж. (2018 г., 16 апреля). Пропускная способность туристических объектов. Филиппинский Daily Inquirer. Получено с http://business.inquirer.net/249238/carrying-capacity-tourist-sites#ixzz5CpKRF51a

.

Burgos, NP Jr. (20 февраля 2015 г.). Уровень кишечной палочки на Боракае вызывает предупреждение DENR. Филиппинский Daily Inquirer. Получено с http://newsinfo.inquirer.net/674082/boracay-coliform-level-prompts-denr-warning

Об авторе:


Дайан Патаки

Дайан Патаки — профессор биологических наук, адъюнкт-профессор городского и городского планирования и заместитель вице-президента по исследованиям Университета Юты. Она изучает роль городского озеленения и лесного хозяйства в социоэкологии городов.]

Дайан Патаки

Один из способов, который необходимо изменить планировщикам для работы с экологами, и один способ, который необходимо изменить экологам для работы с планировщиками

Если планировщики готовы смириться с неопределенностью и отрицательными результатами, а экологи готовы поставить перед наукой задачу предвидеть и тестировать смелые новые конфигурации природы, может быть, мы сможем заставить совместные усилия работать.

По моему опыту городского эколога, и городское планирование, и экология должны измениться, чтобы это сотрудничество действительно работало. Вот две ключевые проблемы, с которыми я столкнулся:

Экологи могут быть депрессантами : Я думаю, что многие ранние сотрудничества между экологами и планировщиками зашли в тупик, потому что экологи — довольно типичные ученые. Нас учили сосредотачиваться на неопределенности и проверять предположения о том, как городское озеленение действительно работает или не работает для городов. Правда заключается в том, что многое из того, что мы думаем, что «знаем» о том, как городская природа может способствовать улучшению, более пригодным для жизни городам, не проверено.И некоторые предположения о том, как природа работает в городах, на самом деле оказались ложными. Например, экологические исследования показали, что существует несколько сценариев, в которых программы озеленения городов могут заметно снизить выбросы парниковых газов в городах. Эмпирические данные об использовании озеленения городов для уменьшения воздействия других загрязняющих веществ, таких как PM 2,5, также намного слабее, чем принято считать. Обсуждения использования городских деревьев, например, для улавливания углерода или смягчения последствий плохого качества воздуха, часто дико оптимистичны по сравнению с нашим базовым научным пониманием того, что на самом деле возможно.

По моему опыту, такая негативная обратная связь со специалистами по планированию и менеджерам по озеленению не всегда хорошо воспринимается, но все же имеет серьезные последствия для политики. Вместе мы все должны обсудить недавние результаты, которые показывают, что городские зеленые насаждения редко имеют долгожданный эффект смягчения загрязнения, на который надеялись люди. Один из выводов заключается в том, что программы по сокращению загрязнения городов должны быть сосредоточены на сокращении выбросов . Это важный вывод для сильно загрязненных городов, где качество воздуха является вопросом жизни и смерти.(Я живу в таком городе — Солт-Лейк-Сити соперничает с самыми загрязненными городами мира по загрязнению твердыми частицами.) Но это также лишь один пример того, как иногда не совсем радужные сообщения ученых необходимы для того, чтобы сделать городскую политику эффективной.

Таким образом, мое первое «требование» состоит в том, чтобы планировщики были готовы позволить науке опровергнуть условность, когда эмпирические данные опровергают глубоко укоренившиеся предположения. Но это не значит, что экологи тоже не должны меняться. У ученых больше возможностей выйти за рамки простой проверки основных предположений о городской природе.На самом деле:

Экологам нужна помощь, чтобы стать более дальновидными : С учетом сказанного, экологи могут застрять в чрезмерно «критическом» режиме, и их может быть трудно вывести из тупика, даже когда городам может быть очень полезно включить дальновидную науку в городскую жизнь. планирование. Экологи обучены распознавать проблемы и понимать мир, который они видят вокруг себя, но на самом деле они не обучены строить, проектировать или создавать новые вещи. На самом деле, у многих экологов есть отвращение к понятию строительства, создания или проектирования экосистем, кроме как с целью восстановления естественных экосистем, существовавших до появления городов.В результате радикальные новые идеи о том, как сделать города лучше, как правило, не возникают в экологической науке, особенно сейчас, когда научные взгляды на будущее не так оптимистичны, как раньше.

До сих пор было проще не допустить экологов к процессу, чем помочь им перейти к мышлению, больше похожему на планировщиков, которым необходимо преобразовать, а не просто понять окружающую среду. Я полностью понимаю, почему это так, но работа с экологами могла бы принести большую пользу, помогая им перейти к более предписывающему мышлению, чтобы они были готовы поставить перед наукой задачу предвидеть и тестировать новые и интересные результаты для городов. .На мой взгляд, мы только коснулись поверхности того, как мы можем применить экологические знания для планирования лучших городов. Чтобы мыслить масштабно, нам понадобятся ответы на такие вопросы, как: какова максимальная экологическая способность увеличения зеленых насаждений по мере уплотнения городов? Какие конкретные типы и конфигурации природы принесут наибольшую пользу различным сообществам? Если мы освободимся от ограничений современных городов и подумаем о новых конфигурациях — обширных зеленых крышах и зеленых стенах, коридорах, террасах или других новых конструктивных и дизайнерских решениях — как мы можем реализовать эти решения в таком масштабе, чтобы они не были слишком громоздкими? ресурсоемкий? Какие типы и масштабы биоразнообразия они могут поддерживать относительно того, что необходимо для достижения различных целей? Экологи в целом сейчас не задумываются над этими вопросами, но у них есть инструменты и опыт для их решения, если они смогут работать в партнерстве с планировщиками.

Это основа для моего второго «требования», которое заключается в том, чтобы экологи использовали возможность использования новой и появляющейся науки, чтобы помочь представить новые масштабы и конфигурации городской природы, которых мы никогда раньше не видели.

Итак, если планировщики готовы смириться с неопределенностью и отрицательными результатами, а экологи готовы поставить перед наукой задачу предвидеть и тестировать смелые новые конфигурации природы, можем ли мы заставить совместные усилия работать? Как вы думаете?

О писателе:


Жиль Пенья-Лопес

Жиль — португальский исследователь трансформационных действий в области интегральной устойчивости и дизайна, основанного на природе.Он отец, лектор программы PhD и соучредитель ECOLISE (http://www.ecolise.eu/), европейской платформы инициатив сообщества по созданию устойчивой Европы.

Жиль Пенья-Лопес

Городские территории как процветающие природные экосистемы

Интеграция дизайна, ориентированного на природу, в городское планирование может стать регенеративным путем для решения того, что было сделано ранее, без хорошего планирования, часто сделанного неправильным образом и в неправильном месте.

Как биолог, который работал в области прикладной экологии и теперь пытается внедрить природный дизайн в местные сообщества и территории, моя точка зрения и направление исследования того, как это можно было бы сделать, заключаются в следующем: как бы природа сделала это? Мы, люди, являемся частью природы, поэтому то, что мы делаем, также естественно.Я убежден, что если мы будем проектировать города, используя стратегии процветания, разработанные природой на протяжении более 3,8 миллиардов лет, мы сэкономим время и ресурсы и насладимся значительно улучшенным городским ландшафтом и окружающей средой.

Биомимикрия 3.8 — это организация, которая учитывает шесть основных жизненных принципов Природы, представляющих общие закономерности, которые виды и экосистемы используют для выживания и процветания на Земле.

  • Развивайся, чтобы выжить,
  • быть ресурсоэффективным (материальным и энергетическим),
  • адаптироваться к изменяющимся условиям,
  • интегрировать развитие с ростом,
  • иметь локальную настройку и отзывчивость, а
  • используйте безопасную для жизни химию.

Я считаю очевидным принципом «интеграцию развития с ростом», который мы могли бы внедрить в города. Хорошее понимание того, как социальные и экологические системы работают на уровне города, и общее видение полного потенциала городов позволит нам интегрировать развитие города с его ростом. Некоторыми необходимыми элементами могут быть поддержка самоорганизации (наращивание потенциала и расширение прав и возможностей приходов и районов), строительство снизу вверх (позволяет нам иметь городские клетки, городские ткани, городские органы и всю систему организма, работающие в гармонии), сочетание модульные и вложенные компоненты (позволяющие городу понять, что нужно каждой меньшей единице территории, как эти модульные единицы дополняют друг друга.Например, некоторые приходы больше занимаются производством продуктов питания, а другие занимаются исследованиями и инновациями в энергетическом секторе).


Другой принцип, который, как мне кажется, легко применить, заключается в том, чтобы «эффективно использовать ресурсы (материальные и энергетические)». Поскольку концепция умного города и циклическая экономика становятся ключевыми целями для городских районов, можно интегрировать процессы с низким энергопотреблением и переработку всех материальных ингредиентов. Нечеловеческие экосистемы максимально используют структуры, используя энергию, доступную в основном от солнца, как в более холодном климате, так и во влажной среде.Этот принцип также побуждает города думать о многофункциональном дизайне, когда одно место может иметь разные, а иногда и одновременные функции, например, проектирование зеленых парков для очистки загрязненного воздуха города, предоставление горожанам места для отдыха, обеспечение улучшенного удержания воды. во время ураганов и создавать органические вещества для использования местными городскими фермами и т. д. Соответствие формы функционированию также является важной составляющей этого принципа, требующего от градостроителей проектирования города с учетом устойчивости.Нам нужно больше мест, которые упрощают и упрощают устойчивое поведение.

Будучи «приспособленными к местным условиям и реагирующими», города поощряют использование местных ресурсов для производства строительных материалов, хранения и использования дождевой воды, способствуют эффективному использованию местных источников энергии, наращивают потенциал местных жителей для предоставления необходимых местных услуг. Эффективное использование циклических природных и социально-экономических процессов — еще один способ настроиться и реагировать. Например, есть несколько общественных зданий, некоторые ресурсы которых доступны в нерабочее время или даже в праздничные дни.Например, спортивные залы государственных школ могут использоваться местными группами для сбора и организации своих мероприятий или собраний.


Пытаясь работать над сложными и междисциплинарными проблемами, такими как смягчение последствий изменения климата и адаптация в муниципалитетах, я собрал команду из более чем 20 человек с разным опытом и знаниями, от городского планирования до биологии, от антропологов до инженеров и даже художников. Я полностью согласен с созданием трансдисциплинарных групп при проектировании городов будущего.Природные экосистемы также являются сложными, взаимосвязанными и взаимозависимыми системами. Это пример того, почему города должны стать не только более самодостаточными, но и более склонными к сотрудничеству, в основном на субнациональном региональном уровне, где взаимодействие по близости возможно и желательно. Часть управления и планирования должна осуществляться в биорегиональном масштабе, будь то водный бассейн в отношении водного сектора или прибрежная территория, чтобы иметь дело с прибрежной динамикой, среди прочего.

Я твердо верю, что если города хотят процветать в будущем, крайне важно интегрировать в свои гены и мемы людей, способных дополнить опыт отдела городского планирования и принести более органичные, плавные и естественные примеры для вдохновляющих метафор. для устойчивого развития города.

 

О ландшафте, экологии и других модификаторах урбанизма

За последний год был предложен новый дискурс «экологического урбанизма» для более точного описания устремлений городской практики, основанной на экологических проблемах и проникнутой чувствительностью, связанной с ландшафтом. Этот самый последний прилагательный модификатор урбанизма показывает постоянную потребность в переквалификации городского дизайна, поскольку он пытается описать экологические, экономические и социальные условия современного города.В равной степени он признает, что ныне устоявшийся дискурс вокруг ландшафтного урбанизма вступает в зрелую фазу своего развития.

Ландшафтный урбанизм возник за последнее десятилетие как критика дисциплинарных и профессиональных обязательств неотрадиционного городского дизайна и как альтернатива «новому урбанизму». Критика, начатая ландшафтным урбанизмом, во многом связана с предполагаемой неспособностью неотрадиционного городского дизайна приспособиться к быстрым темпам городских изменений и по существу горизонтальному характеру современной урбанизации в Северной Америке и большей части Западной Европы.В равной степени это связано с неспособностью неотрадиционных стратегий городского дизайна справиться с условиями окружающей среды, оставшимися после деиндустриализации, растущими призывами к экологически обоснованному урбанизму и продолжающимся господством культуры дизайна как аспекта городского развития. Устоявшийся дискурс ландшафтного урбанизма, по-видимому, вступает в сильную зрелую фазу, уже не достаточно молодую для авангардистских аппетитов архитектурной культуры, но все же приобретающую глобальное значение по мере того, как его ключевые тексты и проекты переводятся и распространяются по всему миру.Одним из аспектов этой зрелости является то, что дискурс ландшафтного урбанизма, хотя и не новый для архитектурных кругов, быстро поглощается глобальным дискурсом городов в рамках городского проектирования и планирования.

Устоявшийся дискурс ландшафтного урбанизма, описанный здесь и в других местах, проливает интересный свет на окончательно отвергнутое предположение о том, что городской дизайн мог изначально быть воплощением ландшафтной архитектуры в Гарварде. Одно прочтение оригинальной формулировки Хосе Луиса Серта для городского дизайна в Гарварде заключается в том, что он хотел обеспечить междисциплинарное пространство внутри академии.Но городской дизайн еще не реализовал свой потенциал как пересечение дизайнерских дисциплин, взаимодействующих с застроенной средой. В связи с этим нереализованным потенциалом ландшафтный урбанизм предложил критическое и исторически обоснованное переосмысление экологических и социальных устремлений модернистского планирования и его наиболее успешных моделей. Таким образом, он предлагает потенциальное восстановление по крайней мере одного направления модернистского планирования, в котором ландшафт предлагал среду городского, экономического и социального порядка.

Одним из особенно устойчивых аспектов формирования городского дизайна за последнюю четверть века было постоянное вложение в его дискурс традиционных определений хорошо защищенных дисциплинарных границ. Это особенно показательно для современных читателей, поскольку заметно контрастирует с недавними тенденциями к междисциплинарности в дизайнерском образовании и профессиональной практике в Северной Америке. Несколько школ дизайна недавно устранили ведомственные различия между архитектурой и ландшафтной архитектурой, в то время как другие запустили специально комбинированные предложения на получение степени или предложения курсов со смешанным набором.Этот сдвиг в сторону общих знаний и совместного образовательного опыта частично стал ответом на все более сложный междисциплинарный контекст профессиональной практики. И эти практики, несомненно, были сформированы в ответ на вызовы и возможности, связанные с современными мегаполисами. В этом контексте урбанизм недавно был изменен путем добавления прилагательного «ландшафтный» или «экологический».

С этой точки зрения недавний дискурс об истории и будущем городского дизайна кажется амбивалентным по отношению к проекту дисциплинарной деспециализации, характерному для многих ведущих школ дизайна.Города и академические предметы, которые они спонсируют, редко уважают традиционные дисциплинарные границы. В этом отношении дизайнерские дисциплины не должны стать исключением, и многие ведущие дизайнеры в последнее время призвали к обновлению трансдисциплинарности между дизайнерскими дисциплинами. К сожалению, слишком много относительно скромных ресурсов и внимания городского дизайна было направлено на, возможно, маргинальные проблемы современной городской культуры. Среди них три пункта являются наиболее очевидными и уязвимыми для целостности дисциплины городского дизайна.

Во-первых, наиболее проблематичным аспектом городского дизайна была его тенденция приспосабливаться к реакционной культурной политике и ностальгическим настроениям «нового урбанизма». В то время как ведущие школы дизайна в последние годы ловко пошли на дистанцию ​​между собой и худшими образцами 19-го века, слишком большая часть практики городского дизайна извиняется за это, благословляя свои городские принципы за счет своих архитектурных устремлений. . Чаще всего это происходит в форме преувеличения экологических и социальных преимуществ городской плотности при признании относительной автономии архитектурной формы.Я бы сказал, что городской дизайн должен уделять меньше внимания мифическим образам утраченного золотого века плотности и больше внимания современным городским условиям, в которых живет и работает большинство из нас.

Во-вторых, слишком большая часть основной части основной практики городского дизайна была связана с созданием «внешнего вида» среды для потребления богатыми. Многие призывали к тому, чтобы городской дизайн вышел за рамки его скрытого уклона в пользу манхэттенизма и его предрасположенности к плотности и элитарным анклавам, явно понимаемым как обстановка для роскошного образа жизни.

Наконец, историческая роль городского дизайна как посредника между дизайнерскими дисциплинами и планированием была слишком вложена в государственную политику и процесс как суррогат социального. Хотя недавнее восстановление городского планирования в школах дизайна было важным и давно назревшим исправлением, оно может дать чрезмерную компенсацию. Опасность здесь не в том, что дизайн будет завален литературными и актуальными исследованиями городов, а в том, что программы планирования и их факультеты рискуют превратиться в обособленные предприятия, занимающиеся государственной политикой и городской юриспруденцией, исключая дизайн и современную культуру.

Ландшафтный урбанизм появился в последнее десятилетие именно в контексте еще нереализованных перспектив и потенциала городского дизайна. Ландшафтный урбанизм стал альтернативой широкой базе исторически сложившегося городского дизайна. Включая преемственность с экологически обоснованной практикой планирования, ландшафтный урбанизм в равной степени опирается на высокую культуру дизайна, современные способы городского развития и сложность государственно-частного партнерства.Хотя может быть правдой, как недавно утверждалось, что городская форма, предложенная ландшафтным урбанизмом, еще не полностью сформировалась , , было бы столь же справедливо сказать, что ландшафтный урбанизм остается наиболее многообещающей альтернативой, доступной для формирования городского дизайна для современного человека. ближайшие десятилетия. В немалой степени это связано с тем, что ландшафтный урбанизм предлагает культурно заквашенную, экологически грамотную и экономически жизнеспособную модель современной урбанизации в качестве альтернативы продолжающейся ностальгии городского дизайна по традиционным городским формам.Свидетельством этого является ряд всемирно известных ландшафтных архитекторов, которые были назначены ведущими дизайнерами крупномасштабных предложений по развитию города, в которых ландшафт выполняет экологическую функцию, культурный авторитет и идентичность бренда. Дополнительным доказательством является тот факт, что многие многообещающие молодые урбанисты явно приняли программу ландшафтного урбанизма. Это все более глобальное признание показывает влияние ландшафтного урбанизма на поколение профессионалов, сформированное принципами адъективно модифицированного урбанизма, будь то ландшафтный урбанизм, экологический урбанизм или что-то еще, что приходит им на смену.

В предисловии к конференции «Экологический урбанизм» Мохсен Мостафави описал тему конференции как одновременно критику и продолжение другими терминами дискурса вокруг ландшафтного урбанизма. (примечание 1) Экологический урбанизм, как и дискурс ландшафтного урбанизма десять лет назад, стремится умножить размышления о городах, чтобы включить экологические и экологические концепции и расширить традиционные дисциплинарные и профессиональные рамки для описания этих городских условий.В качестве критики ландшафтного урбанистического дискурса экологический урбанизм обещает сделать этот десятилетний дискурс более конкретным для экологических, экономических и социальных условий современного города.

Введение Мостафави к этой теме предполагает, что экологический урбанизм «… подразумевает «проективный» потенциал дисциплин дизайна для воспроизведения альтернативных сценариев будущего». Он также указал, что эти альтернативные варианты будущего могут поставить нас в различные «пространства разногласий». Эти пространства разногласий охватывают целый ряд дисциплинарных и профессиональных границ.Любая серьезная попытка исследовать эти пространства должна начинаться с признания того, что вызовы современного города редко выходят за рамки традиционных дисциплинарных границ.

При чтении нового языка, предложенного инициативой экологического урбанизма, подзаголовок самой конференции «Альтернативные и устойчивые города будущего» указывает на лингвистический тупик современного урбанизма, построенного вокруг ложного выбора между критической культурной релевантностью и с одной стороны, и выживание в окружающей среде, с другой.Название и подзаголовок конференции также указывают на дисциплинарные разногласия между устоявшимся дискурсом об устойчивости и давней традицией использования городских проекций для описания современных условий городской культуры.

Это говорит о том, что экологический урбанизм может оживить дискуссии об устойчивости с политическим, социальным, культурным и критическим потенциалом. Это особенно уместно, поскольку современные дискуссии о городе обнаруживают глубокое расхождение, в котором здоровье окружающей среды и культура дизайна противопоставляются, состояние, в котором экологическая функция, социальная справедливость и культурная грамотность воспринимаются как взаимоисключающие.Это разъединение интересов привело к состоянию, в котором культура дизайна деполитизирована, дистанцирована от эмпирических и объективных условий городской жизни, в то время как в тот же исторический момент возросшие призывы к восстановлению окружающей среды, экологическому здоровью и биоразнообразию предполагают возможность переосмысления. городское будущее. Одним из результатов этого расхождения стало то, что мы вынуждены выбирать между гигиеной окружающей среды, социальной справедливостью или культурной значимостью.

Не случайно форма урбанизма, модифицированная прилагательными (будь то ландшафтный, экологический и т. д.), стала наиболее надежной и законченной критикой городского дизайна в недавнем прошлом.Структурные условия, вызвавшие необходимость экологически измененного урбанизма, возникли как раз в тот момент, когда европейские модели городской плотности, центральности и удобочитаемости городских форм кажутся все более отдаленными и когда большинство из нас живет и работает в среде, более пригородной, чем городской, более растительной, чем архитектонической. более инфраструктурный, чем закрытый. Я верю, что эти структурные условия для городской практики и сопутствующие им дисциплинарные перестройки будут сохраняться по мере того, как наш язык видоизменяется и трансформируется в совершенно неполной, но совершенно необходимой попытке их описать.


Версия этой статьи была первоначально опубликована в Topos 71: Ландшафтный урбанизм; он перепечатывается здесь с разрешения автора.


Чарльз Вальдхейм — профессор Джона Э. Ирвинга и заведующий кафедрой ландшафтной архитектуры Высшей школы дизайна Гарвардского университета. Он ввел термин «ландшафтный урбанизм» в 1996 году для описания возникающих практик на стыке городского дизайна и ландшафтной архитектуры.


Примечание 1: Мохсен Мостафави, «Введение», конференция по экологическому урбанизму, Гарвардская высшая школа дизайна, 3 апреля 2009 г.

Экология города: Карьерный потенциал | Хофстра

Городская экология — это подраздел экологии, который занимается распространением, численностью и взаимодействием растений и животных (включая людей) в городской и пригородной среде. Более половины населения мира живет в городах и пригородах, и они делят эту городскую среду обитания со многими другими видами. Таким образом, городская экология является одним из самых быстрорастущих направлений в экологии, и большинство экологов в настоящее время работают в средах обитания, подверженных влиянию человека.

Городские экологи изучают растительность, потоки воды, дикую природу и открытые пространства в городах, чтобы следить за состоянием этих ресурсов и тем, как они реагируют на загрязнение, развитие и другие нагрузки. Конкретные усилия городских экологов включают мониторинг потока питательных веществ с газонов и промышленных предприятий в океаны; помощь в проектировании зданий и крупных объектов, чтобы сделать их более устойчивыми и привлекательными; проведение природных и интерпретационных программ, которые варьируются от очень небольших до общегородских; изучение воздействия инвазивных видов; и изучение положительного воздействия зеленых насаждений на биоразнообразие и здоровье человека.
Примеры профессий, которые могут рассмотреть специалисты по экологии города:

  • Менеджер по качеству воздуха и воды
  • Преподаватель биоразнообразия
  • Профессор колледжа
  • Координатор общественного сада
  • Общественное здравоохранение и городской проектировщик
  • Координатор волонтеров
  • Помощник по развитию
  • Биолог проекта «Исчезающие виды»
  • Координатор по образованию и работе с общественностью
  • Аналитик-эколог
  • Консультант по окружающей среде
  • Педагог-эколог
  • Планировщик экологической политики
  • Ученый-эколог
  • Полевой биолог
  • Должность специалиста по пожарной экологии
  • Биолог рыб и диких животных
  • Государственный служащий (EPA, DEC)
  • Менеджер по опасным отходам
  • Техник-гидролог
  • Директор программы внутришкольного образования
  • Учитель К-12
  • Специалист по охране земельных и водных ресурсов
  • Сотрудник музея: информационная работа, экспонаты
  • Планировщик/дизайнер/менеджер парков и зеленых насаждений
  • Исследователь
  • Ассистент-исследователь или сотрудник
  • Штатный научный сотрудник
  • Управляющий городской дикой природой
  • Специалист по городскому сельскому хозяйству
  • Городской лесник
  • Градостроитель

Среди выпускников Hofstra 2017-2018 гг., специализирующихся в области городской экологии, 100% респондентов сообщили, что в течение одного года после выпуска они были трудоустроены и/или посещали или планируют поступать в аспирантуру.Среди тех выпускников Hofstra, которые специализировались в области естественных наук и математики и сообщили о заработной плате, средняя годовая зарплата, по самооценке, составляла 45 000 долларов.

Некоторые из мест, где они нашли работу, включают

  • Лаборатории Колд-Спринг-Харбор
  • Передовые терапевтические решения Hitachi Chemical
  • Мемориальный онкологический центр имени Слоуна-Кеттеринга
  • Медицинский центр Монтефиоре
  • Система здравоохранения Mount Sinai
  • Нортвелл Здоровье
  • Департамент сельского хозяйства и рынков Нью-Йорка
  • Департамент образования Нью-Йорка
  • Общинная больница Южного Нассау
  • Институт медицинских исследований Файнштейна

Около 39 процентов наших выпускников-биологов получают ученые степени и профессиональные степени в таких учреждениях, как

  • Медицинский колледж Альберта Эйнштейна
  • Колумбийский университет
  • Университет Джорджа Вашингтона
  • Гарвардская медицинская школа
  • Университет Хофстра
  • Нью-Йоркский университет
  • Колледж оптометрии SUNY
  • Массачусетский университет, Амхерст
  • Университет Южной Калифорнии
  • Йельский университет

Данные об успехах выпускников основаны на результатах ежегодного опроса выпускников Hofstra и других надежных источниках. Из 1508 студентов бакалавриата, окончивших обучение в период с августа 2017 г. по май 2018 г., данные были собраны с помощью опросов и других надежных источников, в результате чего были известны результаты 83% выпускников бакалавриата в возрасте 17–18 лет. Данные о заработной плате сообщаются студентами добровольно и основаны на 45% ответивших респондентов опроса студентов, работающих полный рабочий день. Данные о заработной плате включают только годовой базовый оклад. Они не включают бонус, комиссию или любую другую гарантированную компенсацию.

Посмотреть отчеты выпускников полностью.

Экологи по городской экологии – Ландшафт+урбанизм

Прямо сейчас проводится большой круглый стол от The Nature of Cites, в котором экологов спрашивают: «Что каждый эколог должен знать о городской экологии?» В разговоре, состоящем из разных голосов со всего мира, обсуждается более крупный вклад экологии, а также некоторые проблемы, упомянутые Дэвидом Мэддоксом во вступлении, в том числе «социальная экология, биофилия, справедливость, бедность, гендер». , ценности, глобальный Юг, дизайн, изменение климата, [и] политика».Переход к большему вниманию к городским условиям является относительно новым в этой области, и он сталкивается с некоторыми способами обращения к науке, и хотя неизбежно, если копнуть, вы обнаружите, что существует богатая история городской экологической работы из прошлого. . Тем не менее, этот культурный сдвиг в профессии (профессиях) в целом также может открыть новый дисциплинарный потенциал, который может информировать более крупные процессы, как упоминал Мэддокс:

.

«…городская экология обычно включает вышеупомянутый список дополнительных тем: социальная экология, биофилия, правосудие, политика и так далее.Как городская экология продвигает современное состояние экологии в целом? Это расширяет наше понимание того, как устроен наш нынешний мир, как он может работать лучше, и закладывает основу для того, чтобы направить эти знания на решение насущных проблем антропоцена, как городских, так и негородских».

Одним из основных моментов для меня было изучение книги «Люди как компоненты экосистем» от 1993 года, опубликованной Макдоннеллом и Пикеттом, упомянутой Тимоном Макферсоном, который упомянул, что «Книга Макдоннелла и Пикетта сыграла важную роль в запуске городской экологии в США. .Городская экология — это фундаментальное исследование социально-экологических систем, призванное открыть глаза всем экологам на тот факт, что каждая экосистема на земле имеет человеческие движущие силы, влияние и влияние как на структуру, так и на функцию системы».

Сам Стюард Пикетт является одним из участников, и он упоминает, что, хотя мы развили концепцию того, как работает преемственность, и, возможно, потеряли часть своего первоначального значения, эта концепция актуальна для экологов и совместима с неформальными процессами урбанизации. как он упоминает: ”преемственность или, если хотите, динамика сообщества или собрание сообщества, теперь является воплощением случайного, динамического процесса, обусловленного потоками организмов, ресурсов, нарушений и стрессоров в сложных ландшафтах.

Филип Сильва связывает, что «экология городов — это молодая область исследований» и что «каждый эколог должен знать, что экология городов очень тесно связана с «социологией научного знания», когда она начинает задавать вопросы о производстве используемых знаний. для управления городскими экосистемами». , в то время как Ники Францескаки добавляет внимание к человеческим элементам : «Городские социально-экологические системы связаны, что означает, что они взаимосвязаны, и эрозия социальных условий и институтов в них проявляется в незащищенных и невосстановленных городских экосистемах как.И, в свою очередь, ухудшающиеся или нездоровые городские экосистемы не допускают отношений между человеком и природой и не поддерживают благополучие человека, что приводит к лишению городской среды для людей».

Во время нового проекта Ана Фаджи отмечает, что

«Большинство теоретических концепций классической экологии, касающихся населения, сообществ, экосистем и ландшафтов, применимы к городам; от жизнеспособности, теории ниш, зависимости от плотности, последовательности, межвидовых отношений, появления и исчезновения видов, промежуточных нарушений до теории островов, краевых эффектов, коридоров, значения неоднородности среды обитания и даже трагедии общин.” 

Она добавляет, что городской контекст добавляет другой подход к применению этих элементов, с богатой историей и литературой, наряду с потенциально более сложными из-за доминирования человека как основного вида: «Города различаются традициями, историей, экономикой и политическая власть. Из-за этих социокультурных характеристик труднее разработать последовательную общую теоретическую основу».

Хотя я не согласен с утверждением Даунтона о том, что «…городской мир чаще рассматривается как болезнь на планете, чем как чудо», вопрос «Где заканчивается организм и начинается его среда?» это тот, о котором я не очень много говорю, поскольку он кажется очевидным, но его пример хорош, он упоминает «… связанную (конечно) идею о том, что искусственная среда является продолжением человеческой физиологии, таким же образом, как термитники расширения физиологии термитов.

Более широкая сеть, выходящая за пределы городского/негородского, — это связи с глобальным, прекрасно подытоженные Харини Нагендрой, которая упоминает, что экологи «…должны знать, что урбанизация теперь влияет на каждую часть мира, какой бы отдаленной или на вид первозданная. Бесполезно, да и невозможно изучать экологию в отрыве от мыслительных процессов человека, промышленных систем, культур потребления и телепередачи денег и данных, которые подразумевают жизнь в городах. Но это не означает, что экология и природоохрана обречены — как раз наоборот, экология вступила в самый захватывающий период открытия знаний.Взаимосвязь городов, культуры и природы требует сотрудничества между экологами, экономистами, социологами и учеными-гуманитариями для расширения границ знаний».

Маркус Коллиер ссылается на «роман , дворняга, гибрид, случайность, незапланированный, браунфилд, и заключает:

«Для меня каждый эколог должен знать о городской экологии то, что урбанизированные, новые экосистемы, изобилующие множеством адаптированных к городским условиям видов, сбежавших садовых растений, остатков прошлого и необычных видовых ассоциаций, говорят нам довольно много об экологических процессах в целом.Однако, возможно, они идут дальше и рассказывают нам гораздо больше о нас самих, нашем обществе, наших сумасшедших ценностях, наших взглядах и эмоциях, а также о том, что мы считаем прогрессом. Городская экология изучает палимпсест. Он дает нам проблески прошлого, снимки далекого и потенциальные направления для будущего.

Стивен Хэндел также связывает это с биофилией, намекая на восстанавливающие свойства городских экосистем и проблемы, в том числе «Планирование улучшения экологических характеристик в городах часто наталкивается на сопротивление со стороны людей, которые определяют природу как сельскую особенность и, следовательно, неуместно в коммерческая зона.», но что «Концепции динамики и гибридности пронизывают эти дискуссии, а прочные основы экологической мысли являются основой для построения, включающей новое понимание антропоцентрических изменений, включая роли людей и уникальные социальные, политические и экологические условия городских территорий». и «…люди, которые не обращают внимания на концепцию экологических услуг, могут быть обучены, их понимание может быть улучшено, и в конечном итоге можно будет прославлять городскую экологию. Отношение меняется…» Он заключает, что:

«Люди, которые сегодня видят участок леса как «пустое пространство», могут изучить новую таксономию ценной экологической структуры.

Каждое отдельное эссе заканчивается рекомендуемым чтением, и многие вводят некоторые новые, в том числе McDonnell & Pickett, упомянутые выше, предложение Натали Блан интригующего «Постчеловека» Брайдотти и Пиппин Андерсон, ссылающийся на эссе Эммы Марис «Экология: Земля оборванцев» в Природа в новых экосистемах, которые стоит прочитать. Другие подкрепляют фундаментальные тексты, как, например, Эрик Андерссон, упоминающий один из моих любимых, классическую «Мозаику земли» Р.Т.Т. Форман, что также должно быть обязательным чтением.

Есть еще много чего, что я не рассмотрел, и хорошо, что ландшафтные архитекторы погружаются в эти короткие эссе (и многие другие в списке невыполненных работ TNOC) для некоторого контекста на городском и экологическом и на том, как это может добавить и информировать нашу работу.

 


ЗАГОЛОВОК: The High Line – изображение Дэвида Мэддокса

Городская экология — Городская социология

Городская экология – это изучение структуры и организации сообществ, проявляющихся в городах и других относительно густонаселенных населенных пунктах.Среди основных тем городская экология связана с моделями сортировки и изменения городских сообществ в зависимости от социально-экономического статуса, жизненного цикла и этнической принадлежности, а также с моделями отношений между системами городов. Особую озабоченность вызывает динамическая эволюция городов и контраст в городской структуре в зависимости от периодов времени, обществ и городского масштаба. Понятие сообщества занимает центральное место в городской экологии; предпосылкой экологического подхода является то, что объединение людей в сообщества имеет важные последствия для их жизненных шансов, для поведения групп и для совокупных результатов.Еще один аспект общественной организации заключается в ее географическом проявлении, хотя простой географический редукционизм не может точно отразить теоретический или эмпирический подход с экологической точки зрения.

Подобласть экологии человека — парадигма социальных наук, которая стремится понять взаимосвязь между человеческой организацией и окружающей средой, как с точки зрения физического окружения, так и с точки зрения средств к существованию — изучение городской экологии носит междисциплинарный характер. Работа в области экологии затронула социологию, демографию, географию, экономику и антропологию, обычно уделяя особое внимание городским секторам этих дисциплин.И в разное время городская экология человека была более или менее связана с биологической экологией.

Как утверждал Франклин Уилсон, экология является одной из старейших специализаций в рамках социологии, и интеллектуальные корни городской экологии можно найти в истоках самой социологии. Например, в книге Эмиля Дюркгейма «Разделение труда в обществе» (1893) утверждалось, что современные общества состоят из функционально взаимозависимых единиц, необходимых для их выживания и прогресса. Как явный социологический подход городская экология особенно ассоциируется с Чикагской школой социологии в начале двадцатого века, хотя эта связь распространяется на широкий круг ученых и групп, интересующихся городами и демографическими процессами.Массовый рост городов в то время, вызванный иммиграцией населения разного происхождения, способствовал росту интереса к городской форме и функциям и, следовательно, к городской экологии как предмету интереса.

Эти ранние мыслители пытались провести параллель человеческого поведения с темой экологии в биологии для описания местных биотических сообществ. Совокупности организмов рассматриваются как сообщества, а членство и эволюция сообществ рассматриваются в рамках взаимозависимости.Социологические подходы почти повсеместно используют представления об экологии, которые одновременно являются совокупными, взаимозависимыми и встроены в пространственный и экологический контекст. Таким образом, сообщества растений и животных находят свою параллель в сообществах человеческих групп. Оба подхода рассматривают конкуренцию за ресурсы в пространственно ограниченных условиях. Еще одним аспектом структуры является концепция средств к существованию, в которой рассматривается способ, которым местные организмы, в данном случае люди, поддерживаются окружающей средой и организацией.

Исследования того времени конкретных городских сообществ, таких как «Гетто» Луи Вирта (1928) и «Золотой берег и трущобы» Харви Зорбо (1929), а также городских форм и подсообществ в целом, таких как Роберт Парк, Эрнест Берджесс и В книге Родерика Маккензи «Город» (1925) представлены ключевые иллюстрации раннего лечения Чикагской школы, также известного как классическая позиция. Дополнительную озабоченность в ту эпоху вызывали земельные ренты и градиенты, которые не только помогали объяснить распределение социальных групп, но также были связаны с растущим интересом к городской экономике.

Эти ранние представления об экологии человека уступили место более тщательному статистическим и географически ориентированным анализам человеческой организации в физическом пространстве города. Значительный анализ был посвящен в середине-конце ХХ века измерениям городской социальной структуры. Они включали обширный анализ моделей сегрегации по месту жительства, роста городов и дифференциации. Применение факторного анализа или «факторной экологии» в номенклатуре определило жизненный цикл, социально-экономический статус и этническую принадлежность как ключевые параметры городской экологической сортировки.

Затем экологический подход подвергся критике с разных сторон, наиболее заметной ранней критикой была Милла Алихан. Биологическая метафора рассматривалась как натянутая, ограничивающая важнейшие элементы человеческой воли и познания. Городская экология также подвергалась риску оказаться пространственно детерминированной, и внимание к относительному пространственному положению и картированию социальных явлений придало критике правдоподобности. Кроме того, экологические подходы подвергались методологической критике, что даже породило фразу «экологическая ошибка», которая вошла в общий язык социальных наук.Заблуждение — это ошибка, заключающаяся в выводах об индивидуальном поведении на основе анализа явлений на совокупном уровне.

В середине двадцатого века экология человека (и, следовательно, города) получила дополнительные формулировки, причем, пожалуй, наиболее широкое теоретическое рассмотрение возникло в «Экологии человека» Амоса Хоули (1950). В этом трактате особое внимание уделялось изучению сообщества и динамических связей между людьми, человеческой организацией и окружающей средой. Примерно в то же время на первый план вышла широко принятая структура POET: население, организация, среда, технология.Эта парадигма ПОЭТ также является частью неоклассического или неоортодоксального подхода и обеспечивает интеллектуальную рубрику для организации размышлений о городских явлениях и общественных процессах внутри них.

Многие работы, проводившиеся с середины двадцатого века в течение следующих нескольких десятилетий, были экологическими по своему подходу, хотя и не всегда явными по названию. В то время как одно направление исследований было сосредоточено на внутренней структуре городов, другое сосредоточилось на системах городов и отношениях между ними.В это время проводились анализы сегрегации по месту жительства по этническим и социально-экономическим группам, взаимосвязи между экономической базой города и ростом населения, а также некоторые международные сравнения внутренней городской структуры. Точно так же анализ функциональной специализации мегаполисов, торговли и сравнительного роста городских поселений проводился с экологической точки зрения.

За этими усилиями снова последовала критика с самых разных точек зрения, включая марксистскую и политэкономическую точки зрения.Как явная, так и неявная критика предполагала, что экологический подход упускает из виду несколько важных элементов в изучении городского развития, структуры и изменений: роль государства, местных органов власти и интересов капитала. В то же время сочетание методологических соображений и доступности микроданных сделало классический экологический стиль агрегированного анализа менее привлекательным.

С возрождением озабоченности городскими проблемами в целом и проблемами района в частности, различные аспекты городской экологии стали заметными или были заново изобретены в конце двадцатого века.Этому повороту способствовали новые формы данных и методологические разработки. Более широкая озабоченность социальной изоляцией, особенно в том, что она имела общинное или пространственное проявление, включала в себя экологический подход. Эта структура также продолжает оставаться актуальной и широко использоваться при изучении этнических групп. На самом деле, растущая этническая диверсификация обществ с высоким уровнем доходов дает все больший импульс для экологического подхода, поскольку изречение Парка о том, что пространственная дистанция отражает социальную дистанцию, подвергается испытанию в новых условиях.Интерес к интеграции и сортировке по месту жительства по-прежнему связан с анализом моделей этнической концентрации в сообществе. Выходя за рамки классической экологии применительно к этническим и расовым группам, современные методы лечения исследуют динамические изменения в жилой среде, например, в жилых районах, где меньшинство или группа, находящаяся в неблагоприятном положении, достигает паритета по месту жительства с членами привилегированного большинства. Такая работа является расширением классических подходов к процессу наследования жилья.

Еще одной темой исследования является реструктуризация городских территорий в свете значительных транспортных, коммуникационных и промышленных преобразований. Ученые отмечают тенденцию к пространственной децентрализации роста городов (например, субурбанизация и разрастание городов, модели землепользования и корпоративная деятельность). Там, где ограничения транспорта и связи в прошлом требовали пространственной близости, современные технологии в некоторой степени освобождают производителей, поставщиков, рабочих и потребителей от этого ограничения.Региональные факторы, в том числе различия в политике и климат, также могут играть роль в смещении городского развития. В этом контексте возникают новые городские формы и системы межгородской иерархии.

Более методологический путь экологического исследования связан с использованием многоуровневых или контекстуальных данных, в которых отдельные данные (микроданные) объединяются с характеристиками районов или более широкой географической области. Индивидуальное (человека, домохозяйство) поведение при этом считается прогнозируемым не только индивидуальными чертами, но и характеристиками местного сообщества.Действительно, быстрое развитие литературы об «эффектах соседства», как по существу, так и методологически, можно рассматривать как основное интеллектуальное течение в социологии (Sampson et al., 2002), и это течение напрямую связано с центральными темами городской экологии. . Точно так же широкий интерес к проблеме макромикросвязи в значительной степени совпадает с интересом экологов к сообществу, множественным уровням агрегации и динамическому обмену. В таких исследованиях изучались детерминанты побега из неблагополучных районов, выбор нового района в зависимости от его этнического состава, влияние сообщества на развитие ребенка и уровень преступности, а также роль особенностей района в определении последствий для здоровья.

Многоуровневый экологический подход применяется и в более широком географическом масштабе. Существование социального неравенства в отношении здоровья мотивирует направление исследований, в которых неравенство доходов в мегаполисах рассматривается как играющее роль в таких последствиях для здоровья, как младенческая и детская смертность. Такие исследования были проведены достаточно подробно для США. Также существуют международные сравнения, где «экологическим» или агрегированным показателем является уровень неравенства, измеряемый на уровне страны.

Предрасположенность городского экологического анализа к пространственным явлениям сделала городскую экологию восприимчивой к использованию географических информационных систем (ГИС). ГИС-технология, применяемая к городской экологии, представляет собой нечто большее, чем просто картографирование, и позволяет аналитику переопределить сообщества и сети, а также связать микро- и макрообъекты. В то время как социологи когда-то были связаны агрегацией сообщества, определяемой другими (например, границами участка или округа агентства по переписи населения), доступность точечных координат, присвоенных каждому человеку или жилой единице, а также природным особенностям и экономической деятельности, позволила бы более широко пестрый и утонченный анализ отношений между человеческой организацией, деятельностью по обеспечению средств к существованию, сообществом и территорией.Тесты на пространственную автокорреляцию, которые исследуют эффект близости, дополняют наш инструментарий для понимания городской структуры и организации.

Такие технологические разработки стимулировали воссоединение с биологической экологией. Городской экологический анализ обеспечивает основу для изучения интегрированных природных систем человека. Действительно, в некоторых институциональных и академических условиях использование фраз «городская экология» и «экология человека» явно связывает поведение человека с биологической средой.Здесь снова человеческая деятельность рассматривается как динамичная и основанная на сообществе, как влияющая, так и подверженная влиянию окружающей среды.

Хотя городскую экологию можно наиболее четко отождествить с американской городской социологией и, в частности, с Чикагской школой, ее приверженцы и проявления гораздо шире. Например, это было связано с работой французского историка Фернана Броделя, изучавшего изменения социальной системы в Средиземноморье. Он применялся при анализе урбанизации как в социалистических странах, так и в развивающихся странах.Эта парадигма использовалась для описания несколько перевернутой модели расселения в латиноамериканских городах. Кроме того, время от времени оно нашло выражение в описании городов Северной Африки и Европы, где этническое разнообразие еще не заняло столь четкого места в городской форме. Тем не менее, уровень знаний о городской экологии для условий за пределами обществ с высоким уровнем дохода менее развит. Далеко не факт, что модели, которые когда-то применялись к Северной Америке и Европе (и некоторым другим местам), будут столь же легко применимы к другим географическим частям мира, особенно к городским условиям в развивающихся странах.Тем не менее, темы внутренней городской структуры, географического неравенства в благополучии и изменений в сообществе актуальны для всех этих условий.

Каталожные номера:

  1. Берри, Б.Дж.Л. и Касарда, Дж.Д. (1977) Современная городская экология. Макмиллан, Нью-Йорк.
  2. Дункан, О. Д. (1959) Экология человека и популяционные исследования. В: Хаузер, П.М. и Дункан, О.Д. (ред.), Изучение населения: инвентаризация и оценка. Издательство Чикагского университета, Чикаго.
  3. Фрисби, В.П. и Касарда, Дж. Д. (1988) Пространственные процессы. В: Смелсер, Нью-Джерси (ред.), Справочник по социологии. Sage, Newbury Park, CA, стр. 629-67.
  4. Хоули, А. (1950) Экология человека: теория структуры сообщества. Рональд Пресс, Нью-Йорк.
  5. Миклин, М. и Постон, Д.Л. (редакторы) (1998) Непрерывность в изучении экологии человека. Пленум Пресс, Нью-Йорк.
  6. Сэмпсон, Р. Дж., Моренофф, Дж. Д., и Гэннон-Роули, Т. (2002) Оценка «эффектов соседства»: социальные процессы и новые направления исследований.Ежегодный обзор социологии 28: 443-78.
  7. Сондерс, П. (2001) Городская экология. В: Паддисон, Р. (ред.), Справочник по городским исследованиям. Sage, Лондон, стр. 36-51.
  8. Уилсон, Ф. Д. (1984) Городская экология: урбанизация и системы городов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.